Античность в панегирической проповеди петровской эпохи

ПЕТР ВЕЛИКИЙ И АНТИЧНОСТЬ РЕЦЕПЦИЯ АНТИЧНОГО НАСЛЕДИЯ В ПЕТРОВСКУЮ ЭПОХУ Санкт-Петербург Издательско-полиграфическая ассоциация высших учебных заведений 2022 УДК 94(47) ББК 63.3(2)511 П30 Р е ц е н з е н т ы: Е. Ю. Басаргина, доктор исторических наук, заведующая отделом публикаций и выставочной деятельности С.-Петербургского филиала архива РАН К. Ю. Лаппо-Данилевский, доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник ИРЛИ РАН Авторы: Е. В. Анисимов (Предисловие) М. М. Позднев (отв. ред., гл. I, II, V) В. В. Зельченко (гл. III) Е. Л. Ермолаева (гл. IV) О. В. Бударагина (гл. IV) А. В. Королев (гл. V) С. К. Егорова (гл. VI) А. А. Трофимова (Приложение I) И. Д. Чечот (Приложение II) Петр Великий и античность. Рецепция античного наследия в Петровскую эпоху / отв. ред. М. М. Позднев. — СПб.: Издательско-полиграфическая ассоциация высших учебных заведений 2022. — 528 c. Изучение и усвоение литературы, искусства, языков античности оказало мощное влияние как на ценностную ориентацию русского образованного общества, так и на внешние стороны культурной жизни России в эпоху Петра I. Без скрупулезного исследования этого многообразно проявившегося влияния невозможно понимание тех изменений, которые претерпевала тогда русская действительность. В различных работах о Петровской эпохе затрагивалась тема античности. Настоящая монография ставит целью обобщить и дополнить результаты этих исследований, представив по возможности полно рецепцию античного наследия в Петровский период. Авторы освещают значение античных сюжетов и образов в биографии Петра, их популяризацию в ходе петровских реформ, описывают судьбу античных артефактов в петровских коллекциях, античные аллюзии в литературе и искусстве эпохи, место латинского и греческого языков в образовании. Результатом исследования становится многоплановая картина восприятия исторического, литературного, художественного наследия Греции и Рима русской культурой конца XVII – начала XVIII в. Исследование было проведено при финансовой поддержки Российского Фонда Фундаментальных Исследований (проект 20-012-42005). ISBN 978-5-91155-172-8 DOI 10.52565/9785911551728 © Коллектив авторов, 2022 © Издательско-полиграфическая ассоциация высших учебных заведений, 2022 Содержание От редактора ........................................................................................................... 5 Предисловие. Античность глазами Петра Великого. Е. В. Анисимов ................ 9 Глава I. Античность в ранней биографии Петра (1672–1696). М. М. Позднев ......................................................................................................... 15 1. Лубочные герои, «книги с кунштами» и первые наставники .................... 16 2. Букварь Симеона Полоцкого............................................................................. 27 3. Новые веяния. Буквари Кариона Истомина .................................................. 33 4. Воинский устав и «Стратегемы» Фронтина ................................................... 40 5. Геркулес со львом на фейерверке ..................................................................... 46 6. Боги Олимпа на архангельских верфях .......................................................... 54 7. Александр и Цезарь ............................................................................................. 59 8. Карнавальный триумф ........................................................................................ 68 Глава II. Античное наследие и Петровская реформа (1697–1725). М. М. Позднев ......................................................................................................... 78 1. В доме Де Вильде .................................................................................................. 79 2. Московский театр................................................................................................. 88 3. Новые книги ........................................................................................................ 106 4. Круговорот наук в Европе................................................................................ 135 Глава III. Эллада, Рим, Полтава. Античность в панегирической проповеди петровской эпохи. В. В. Зельченко . ................................................ 159 Глава IV. Языки античности в школах петровского времени. Е. Л. Ермолаева, О. В. Бударагина ....................................................................... 195 1. Греческое просвещение в эпоху Петра Великого. Е.Л. Ермолаева ........ 196 2. Латинское просвещение в эпоху Петра Великого. О. В. Бударагина ..... 234 Глава V. Античность в русском искусстве эпохи Петра. А. В. Королев, М. М. Позднев ............................................................................... 256 1. Рельефы Летнего дворца – раннее воплощение русской античности. А. В. Королев, М. М. Позднев ......................................................................... 260 2. Античность в монументах петровским триумфам. А. В. Королев, М. М. Позднев ......................................................................... 289 Глава VI. Античные артефакты в императорских и частных коллекциях Петровского времени. С. K. Eгорова .................................................................. 335 1. На пути к античности........................................................................................ 337 2. Деятельность Ю. И. Кологривова и С. Владиславича-Рагузинского ..... 346 3. Проект Венусовой галереи ............................................................................... 351 525 4. Начало искусствоведческой терминологии .................................................356 5. Античные статуи Грота Летнего сада .............................................................358 6. Монеты и ювелирные украшения в императорских и частных собраниях ..............................................................................................362 7. «Сыскать все, что зело старо и необыкновенно…» ....................................370 Приложение I. Античная скульптура Эрмитажа. Приобретения петровского времени. А. А. Трофимова ............................................................ 383 1. Статуя Афродиты «Венера Таврическая»» ...................................................383 2. Статуя пастуха .....................................................................................................394 3. Статуя Диомеда, реставрированная как Дионис ........................................399 4. Статуя юноши ......................................................................................................402 5. Статуя Пана ..........................................................................................................404 6. Статуя Венеры .....................................................................................................406 Приложение II. Бронзовая статуя Нептуна (1716) и образы морского бога в Петергофе. И. Д. Чечот. ......................................................... 411 1. Книга и пространство ........................................................................................416 2. Нептуновы статуи, совершенные и рутинные.............................................422 3. Пространство преображения и подвига .......................................................428 4. Монплезир и Марли. Стадии самосовершенствования.............................435 5. Краткий экскурс: Нептун в истории искусства ...........................................443 6. Русский античный Нептун ...............................................................................452 7. К морю-океану. Есть ли море в Петергофе ? ...............................................459 8. Заключение. Своя античность и античность (Европа, русское издание) .....................................................................................463 Литература ........................................................................................................ 468 Указатель имен...................................................................................................... 502 SUMMARY............................................................................................................517 Глава III Античность в панегирической проповеди петровской эпохи В. В. Зельченко Литература петровской эпохи, стремясь не отставать от своих западноевропейских современниц, многообразно использует и интерпретирует античные сюжеты, мотивы и образы – равно мифологические, исторические и поэтические. Как представляется, важнейшим полигоном, на котором отрабатывались различные стратегии обращения с греко-римским наследием, становится в эти годы панегирическая литература, и в первую очередь панегирическая проповедь. В самом деле, авторы, писавшие в этом жанре – представители украинского духовенства, питомцы Киево-Могилянского коллегиума / академии и европейских училищ, – принадлежали к числу образованнейших людей своего времени, обращались к самой высокой аудитории, зачастую включающей и самого царя, и были всецело сосредоточены на поиске языка для новой государственной идеологии, причем античные exempla, как мы надеемся показать, оказались одной из существенных составляющих этого языка. Отправной точкой для нашего изложения будет 24 июля (ст. ст.) 1709 г., когда, спустя менее месяца после Полтавской битвы, в киевском соборе св. Софии Феофан Прокопович в присутствии Петра прочел «Панегирикос, или Слово похвалное о преславной над войсками свейскими победе».1 Точная дата события – которую, судя по всему, не могли установить уже в пору составления «Гистории Свейской войны» (Гистория 2004, I, 320: «Государь в Киеве пробыл до августа 15 числа, и в ту его бытность в Киеве префект школ Киевских Феофан Прокоповичь <…> говорил панегирик…») – сохранилась в донесении английского посланника Ч. Уитворта (ПБП IX (2), 1134; примеч. Е. П. Подъяпольской с обоснованием датировки). В то же время на титульном листе «Панегирикоса» (Феофан 1709) проставлена странная дата «месяца июля дня 10», повторенная и в латинском переводе (Theophanes 1709), что дало П. Н. Беркову повод для неправдоподобного предположения, будто Петр в июле 1709 г. приезжал в Киев дважды (Берков 1968, 34–35; но ср. Анисимов, Биохроника, 10.07.1709) и дополнительно способствовало разного рода хронологической путанице (см., например: Гребенюк 1979, 23; 27, прим. 27; 100; Автухович 1999, 490; Буранок 2014, 177). Едва ли здесь уместно говорить об «ошибке» (Анисимов, Биохроника, 24.07.1709): согласно гипотезе И. П. Еремина, дата на титульном листе, «видимо, указывает на выход не 1 159 Эффект этого панегирика,2 «гремевшего красным звоном»,3 был сильным и долговременным – как для личной судьбы Феофана, так и для судеб жанра «победословий» петровской эпохи. Согласно упрощающей, но афористичной реконструкции П. О. Морозова, «отсутствие схоластических приемов и отвлеченных похвал, конечно, произвело на царя благоприятное впечатление. Здесь он слышал не риторическую только, но реальную оценку важнейшего события в жизни России»;4 не в меньшей степени, однако, Петр должен был оценить идеологический и пропагандистский потенциал услышанного. Как сообщает, обращаясь к царю, сам Феофан в предисловии к оперативно вышедшему изданию своего панегирика, «а понеже сия вещь (победа при Полтаве. – В. З.) всемирнаго прославления достойная, достойна есть от всех повсюду чтома и слышана быти, того ради сиежде мое Слово, по Твоему ж Монаршому благоволению и на язык Латинский, яко всей Европе общий, переведох».5 Последувсей брошюры в целом, а только одного “Слова похвального”, к печатанию которого приступили, очевидно, еще <…> до приезда Петра в Киев» (Феофан 1961, 461). В подтверждение его выводов можно указать на пассаж из предисловия Феофана, который касается приложенной к «Панегирикосу» поэмы «Епиникион»: «Присовокупишася к сему и торжественныя ритмы, <…> яже найпервое по победе в Киев Вашего Царскаго Пресветлаго Величества пришествие напечатати и произнести тщахся, аще бы нужднейших тогда Царских дел не имела Типография» (Феофан 1961, 459–460). Как видим, Феофан несколько неожиданно объясняет, почему он не произнес «Епиникион» перед лицом Петра, тем, что он не успевал его к этому моменту напечатать; не означает ли это, что типографский текст «Панегирикоса», напротив, был представлен Петру заранее, до его публичного оглашения? Если эта гипотеза правдоподобна, она, как кажется, способна внести коррективы в концепцию Е. А. Погосян, противопоставляющую «Епиникион», на публикацию которого Феофан рассчитывал изначально, и «Панегирикос», «предназначенный автором для однократного исполнения» (Погосян 1996, 52–53). 2 В дальнейшем мы будем употреблять обозначения «панегирик», «(панегирическая) проповедь» и «слово» (о них см.: Матвеев 2009, 14–32) фактически promiscue, не касаясь терминологических дискуссий. Отметим, что Феофан вполне отдавал себе отчет в конечном источнике жанра: неслучайно его «Слово похвалное <...> Александру Даниловичу Меншикову» (декабрь 1709 г.) начинается с той же формулы πολλάκις ἐθαύμασα, что и «Панегирик» Исократа («Многократно недоумение некое, и в недоумении великое мне доселе бываше любопытство...»; Феофан 1760, I, 57). 3 Ключевский 1989, IV, 52. 4 Морозов 1880, 118–119. 5 Феофан 1961, 459. Ниже книжно-славянские версии «Панегирикоса» и «Епиникиона» (к научному определению их языка см. Кутина 1981) цитируются по этой 160 ющее влияние «Панегирикоса» на осмысление и репрезентацию Полтавской победы оказалось очень значительным: достаточно сказать, что счастливо развитая в нем аналогия «Петр – Самсон, растерзавший шведского льва» (Феофан основал ее на том, что Полтавская битва произошла в «Самсонов день», пусть это и был день св. Сампсона Странноприимца) многократно отразилась затем и у других панегиристов, и в официальной эмблематике.6 Особенностью «Панегирикоса», которую Петр наверняка отметил и одобрил, было обилие, наряду с библейскими, продуманных публикации с указанием номера страницы в скобках. Что касается латинского автоперевода «Панегирикоса», а также латинского и польского текстов «Епиникиона», то прихотливый выбор источников, по которым мы будем их цитировать, определен тем, что первое издание, где все они встречаются вместе (1709), не имеет пагинации. Довольно запутанная эдиционная история двух этих памятников прослежена в работах: Перетц 1902, 165–167; Феофан 1961, 459–461; Гребенюк 1979, 100–101; при этом все три версии «Епиникиона» значительно отличаются друг от друга, так что ни одна из них (pace Либуркин 2000, 53 слл.; Maslov 2014, 41) не может быть определена как перевод (Николаев 2018, 59–62; Трофимов 2018). 6 Гребенюк 1979, 25–27; Анисимов 2009, 51; Раскин, Митрохина 2013, 160 и др. В то же время необходимо отклонить широко распространившееся в научной литературе преувеличение: само по себе сравнение Петра с Самсоном, раздирающим львиную пасть, и даже применение к петровским победам стиха Суд 14:14 «от ядущего ядомое изыде, и от крепкого изыде сладкое» (популярный сюжет эмблематики; см., напр.: Symbola et emblemata 1705, 186, № 554), конечно, не были придуманы Феофаном. Ср. пример характерной подмены: «По наблюдениям П. О. Морозова, в “Епиникионе”, посредством введения образа льва, впервые фиксируется сравнение Петра I с библейским Сампсоном» (Трофимов 2018, 345); между тем Морозов в соответствующем месте выражается иначе: «Феофан <…> указывает на то, что Полтавская победа, по всей вероятности, “не без смотрения Божия”, случилась в день Сампсона, ибо Сампсон растерзал льва» (Морозов 1880, 118). В самом деле, эта аллегория подробно развернута уже в праздничной проповеди Стефана Яворского на новый 1705 г. «Жатва торжественная», посвященной взятию Дерпта и Нарвы (Стефан 2014, 431–432). Находкой Феофана стала, по всей видимости, именно остроумная комбинация с «Самсоновым днем» 27 июня, что хорошо видно по панегирическим проповедям того же Стефана Яворского: если в «Руке Христовой, Петру простираемой», которая была произнесена им в московском Успенском соборе 14 июля 1709 г., т. е. по горячим следам победы, упоминание Самсона еще не сопровождается какими-либо отсылками к святцам (Стефан 2014, 459), то в проповеди «Камень, идола Навуходоносорова сокрушивший» на возвращение русского войска в Москву в декабре того же года смешение двух Самсонов уже амплифицировано во всей экзегетической и риторической полноте (Стефан 1875, 476). 161 и сложно устроенных античных параллелей. Со времен магистерской диссертации Ю. Ф. Самарина (1844) у исследователей, анализирующих эту речь Феофана, стало традицией демонстрировать ее новаторский характер путем сопоставления с панегирическими проповедями Стефана Яворского, произнесенными в том же году и по тому же поводу;7 продолжим эту традицию и мы. Если набор библейских примеров у Стефана почти неисчерпаем и частично перекликается с феофановским (те же Самсон и Давид;8 Моисей и фараон; Иисус Навин; сон Навуходоносора, на развернутой параллели с которым, вдобавок к санкционированной Евангелиями этимологической аллегории «Петр – Камень»,9 целиком построена вторая из названных проповедей; и т. д. и т. п.), то античные «приклады» можно пересчитать по пальцам. В «Трости, ветром колеблемой» дежурное уподобление Мазепы Иуде оттеняется предсмертными словами Цезаря Бруту, дополнительно иллюстрирующими, сколь «тяжко и нестерпимо от ученика предание»;10 в «Руке Христовой...» Александр Македонский назван в одном ряду с Навуходоносором и Иродом как пример ослепляющей гордыни, в свой черед охватившей и свейского короля;11 Самарин 1880, 418; Морозов 1880, 117–121; Кочеткова 1974, 55–58; Brogi Bercoff 2009/2010; Трофимов 2020. Это уже названные выше проповеди Стефана «Рука Христова…» и «Камень…», а также «Слово о победе над королем Шведским под Полтавою 1709 г.» (Стефан 2014, 390–393). Дж. Броджи Беркофф привлекает к сопоставлению и более раннюю проповедь «Трость, ветром колеблема», сопровождавшую анафематствование Мазепы 12 ноября 1708 г. (Стефан 1865, 499–512). Мы не рассматриваем здесь позднейшее «Слово на воспоминание торжественной виктории Полтавской» 1716 г. (РГБ. Ф. 183. Оп. II. Ед. хр. 112. Л. 185–198 об.), поскольку эта проповедь на стих Пс 33:22 («Буди, Господи, милость Твоя на нас, якоже уповахом на Тя») целиком посвящена теме милосердия Божьего и стоит в стороне от панегирической традиции. 8 Глубокий очерк «топоса Давида» в панегирической литературе петровской эпохи дал К. Ю. Рогов (Рогов 2008, 22–25): возникая еще в 1690-е годы, сравнение Петра с Давидом, одолевшим Голиафа, эволюционирует от прославления воинской доблести, которая торжествует над заведомо превосходящей силой противника, к моралистической концепции (Давидово упование на Бога побеждает гордыню Голиафа). Далее см. Collis 2012, 365–367; сопоставительный анализ аналогии «Давид – Голиаф» в русских и шведских панегириках: Люстров 2012, 54–57. 9 Об этом топосе, использованном уже в астрологических стихах Симеона Полоцкого на рождение Петра и «далее везде», см. Сазонова 2006, 211–212. 10 Стефан 1865, 508. 11 Стефан 2014, 466. О чрезвычайно распространенном сопоставлении Карла XII с Александром Македонским в европейской литературе времен Северной войны 7 162 в «Камень...» входит развернутый для занимательности рассказ об Улиссовом испытании «славного кавалера греческого Ахиллеса» на Скиросе, который подается Стефаном на манер универсальной притчи (так и Петр, «минувши злато, сребро, медь, преклонился к железу: то кавалерско сердце, то воинский манер»),12 и новое упоминание и о полемической реакции на это у русских авторов см.: Люстров 2008, 163–166. В той части книги Феофилакта Лопатинского и Иосифа Туробойского «Политиколепная апофеосис достохвальныя храбрости <…> Петра Алексеевича» (М., 1709), которая посвящена описанию триумфальных ворот, поставленных от Славяно-греко-латинской академии по случаю празднования Полтавской победы в декабре 1709 г. в Москве, засвидетельствована следующая аллегорическая картина: «На одре ея написахом Cвейскую державу, не тако спящую, яко в неусыпающих размышлениях своих властолюбных (ихже знамение есть маетник часовый на главе) во исторзе сущую, и аки бы воздремавшую. <…> Сими же лицами (Морфеем, Юноной, Лихоимством и Изменой. – В. З.) наущаема, и аки бы обнадежена, Свея приравнялася, и ревнуя не по разуму, Александру Великому: егоже аки бы подражание свейским королем изобразихом персоною Александра, у одра его стоящею: AESTUAT INFELIX ANGUSTO LIMITE REGNI. Сиесть РАЗЖИЖАЕТСЯ НЕСЧАСЛИВАЯ, АКИ БЫ ТЕСНЫХ ГРАНИЦ РАДИ КОРОЛЕВСТВА СВОЕГО, ЧЮЖДЫХ ЖЕЛАНИЕМ» (цит. по современной републикации: Тюхменева 2005: 163; латинская цитата, с актуализирующей заменой mundi на regni, взята из Ювенала [10, 169], у которого относится именно к Александру). В той же «Политиколепной апофеосис» Александру не раз уподобляется и сам Петр; однако ученые авторы при этом считают нужным оговариваться, что от пороков македонского владыки русский царь вполне свободен: «в том убо сравняшеся Александру, яко orbem terrarum peragravit, круг европскаго света обежа, темже превзыде, что не ut orbis latro, разбойник вселенныя (якоже назвал Диодор Сикилийский Александра), но яко пресветлый Фебус преиде…» (Там же, 186); «Alexander sine fastu. Александр без гордыни» (Там же, 210). 12 Стефан 1875, 480–481 (констатируя редкость сравнения Петра с Ахиллом у панегиристов, М. Ю. Люстров не учитывает этого места: Люстров 2012, 24). Как с неожиданной резкостью замечает И. А. Чистович, целиком выписывающий этот и несколько других подобных ему античных анекдотов Стефана, «рассказцы, или историйки, которыми он пестрит свою проповедь, годились бы для детской христоматии» (Чистович 1867, 31). Ср. программу аллегорической пьесы «Свобождение Ливонии и Ингерманляндии», представленной в Славяно-греко-латинской академии в феврале 1705 г. в ознаменование взятия Нарвы: «Благочестие же Ревности прежде показует знамения Роскоши: си есть цветы красныя, одежды светлыя и прочая, Роскоши приличная. Но егда видят, яко ниже смотряше на сие Ревность, начат показовати им знамения Храбрости: си есть луки, копия, мечи, щиты, фузеи и прочая. Ревность же, презревши знамения Роскоши, мужественно взимает Храбрости: си есть мечи, щиты, луки и прочая» (Пьесы 1974, 221). Комментируя это место, А. С. Елеонская пишет: «В памяти читателя невольно 163 Александра, на этот раз рядом с Олоферном, в ряду примеров того, как слава древнего завоевателя, «ложными вестями умножаема <…> по подобию ложнаго зерцала», до поры помогала ему, как Карлу XII, одерживать победы.13 Все это вполне вписывается в традиции барочной эмблематики, эволюцию которой в петровскую эпоху А. А. Морозов описывает так: «Ослабление или, можно сказать, “выветривание” основного значения как античных, так и христианских символов и аллегорий приводило к использованию их в почти одинаковой функции».14 Наконец, в «Слове о победе…»15 (так же как и в некоторых других «военных проповедях» Стефана – напр., в «Слове благодарственном о взятии Шведскаго града, глаголемаго Выборг» [1710] и в «Моисее Российском», приуроченном к началу Прутского похода [1711]) – языческого материала нет вовсе. Разумеется, мы не намерены воскрешать схематичное представление, обобщенно противопоставляющее новатора-Феофана, «сблизившего проповедь с жизнью»,16 схоластическому консерватору-Стефану.17 Старший и младший проповедники принадлежат общей возникает летописное предание об испытании греками князя Святослава» (Там же, 500); на наш взгляд, аллюзия на испытание Ахилла Одиссеем предполагается здесь как минимум не в меньшей степени. 13 Стефан 1875, 469. 14 Морозов 1974, 201; об «отвлеченно-метафорическом» значении античного материала в проповедях Стефана см. также: Морозов 1971, 38. 15 Подробный, но школьный по задачам и исполнению разбор этой проповеди см. Флеров 1894–1896 (ср. на с. 36: «Вся проповедь так же хорошо может быть отнесена ко всякой другой победе русских, стоит только заменить собственные имена (шведы, Петр Великий) и некоторые подробности (июнь месяц) другими»). 16 Чистович 1868, 603. 17 Проницательную критику этой схемы – в конечном итоге восходящей, опятьтаки к Ю. Ф. Самарину – см.: Brogi Bercoff 2009/2010, 215–216; Крашенинникова 2015, 29–31 (упомянув эту последнюю работу, укажем в скобках, что ее заглавие «Неизвестная проповедь Стефана Яворского о российском гербе» основано на недоразумении, поскольку соответствующая проповедь, цитируемая в статье по рукописи РГАДА, давно опубликована архимандритом Никодимом (Белокуровым): Стефан 1874, 85–98) и, в первую очередь: Рогов 2006 (ср. с. 83: «За призывами Феофана Прокоповича к “простоте”, как мы видели, скрывается не только полемика с клерикальной барочной традицией XVII в., но и противопоставленная ей новая форма напряженного эмблематического консептизма, а утилитаризм и естественнонаучные интересы Петра соседствуют с глубокой и пафосной приверженностью кунсткамерной эстетике. Позиция Феофана в отношении тра- 164 украинско-польской барочной традиции, черпают свои «приклады» из одного и того же общеевропейского тезауруса18 и, last not least, диций киево-могилянского и польского барокко и требования умеренности и ясности, соседствующие с вполне барочным пониманием “остроумия”, могут быть скорее интерпретированы в европейском контексте полемики так называемого barocco moderato с “темным” барокко (barocco esagerato) <…>, а также в контексте той трансформации, которой романское католическое барокко подвергается в протестантских странах»). 18 К примеру, если Феофан в «Панегирикосе» и в «Епиникионе» применяет к Карлу XII известный рассказ «Физиолога» о льве, заметающем следы хвостом («Приходит мне зде на память, что повествуют о лву естеств списателие: егда, рече, лев не возмог насилию крепких ловцов противостати, на бегство устремляется; дабы не познали, в кую страну побеже, хоботом загребает следы своя за собою. Кто же ныне тожде не видит и на лве свейском?» [35]; «С малою ли бежиши, звере, срамотою, / Хоботом заглаждая след твой за собою?» [213]), а Стефан делает то же в проповеди на взятие Выборга («Поведают историки, что лев, когда крыется и отходит в ложища своя или пред ловцем уходит, то ошибом след заметает, да не познан будет: сей лев, Шведский король, аще и заметал след свой, что неведомо, где есть…» [Стефан 2014, 396; ср. Сморжевских-Смирнова 2013, гл. 4.3]), это еще не позволяет констатировать заимствование (pace Морозов 1880, 121, прим. 1). В самом деле, хотя традиция, завещанная византийскими и западноевропейскими физиологами / бестиариями, предполагает безусловно положительную интерпретацию этого топоса (лев означает либо Христа, скрывшего свою божественную природу при воплощении, либо христианина, смывающего грехи покаянием, либо, наконец, просто благоразумного человека; подробнее см.: Harris 2021, 194), то как минимум начиная с Альберта Великого (Albertus 1892, 86) спорадически обнаруживается и интерпретация отрицательная, делающая акцент на львином коварстве и связанная с толкованием стиха 1 Пет 5:8, где льву уподоблен дьявол. В качестве fons communis предположительно укажем на комментарий к апостольским посланиям голландского ученого иезуита Корнелия Лапида, или А Лапиде (Cornelius van der Steen, 1567–1637), который помещает историю о львином хвосте, вместе с соответствующим толкованием, в длинный перечень оснований для аллегорического сопоставления льва и дьявола; см.: Cornelius a Lapide 1627, 344. Популярнейшие многотомные комментарии Лапида на книги Ветхого и Нового Завета были предметом обязательного изучения в Киево-Могилянской академии и обильно представлены в библиотеках киевских монастырей (Ульяновский 2020, 9; 13; 23), а также – в полном объеме – в личных собраниях Димитрия Ростовского (который самым активным образом пользовался Лапидом как при составлении «Летописа келейного», так и в своей гомилетической практике: Brogi Bercoff 1993, 337–345; Федотова 1993, 347–350; Федотова 2003), Феофилакта Лопатинского (Гальцин, Питулько 2016, 354–365; № 462–476) и самого Стефана Яворского (Маслов 1914, 2-я паг., 21; интересующий нас том – № 8). Феофан Прокопович многократно цитирует (и нередко язвительно оспаривает) толкования Корнелия Лапида в своих богословских сочинениях (Тихомиров 1884, 94 165 в равной мере настроены на публицистическую модернизацию жанра церковной проповеди, на «идеологическое сопровождение имперских задач»,19 хотя и используют для этой цели принципиально различные риторические стратегии.20 Человек глубокой и разносторонней образованности,21 Стефан никоим образом не избегает античных exempla в своей ораторской практике; неслучайно В. М. Живов и Б. А. Успенский в известной работе о рецепции античной мифологии в XVII–XVIII вв. ставят два эти имени рядом: «В проповедях Стефана Яворского упоминаются Меркурий, Юпитер, Сатурн, Плутон, Нептун, Аполлон, Венус, Паллас (т. е. Паллада), Марс и даже кавалер Геркулес <…>; то же характерно и для Феофана Прокоповича, как и для других юго-западнорусских деятелей, насаждавших в Великой России европейскую ученость».22 Основная причина, по которой и прим. 13; Collis 2012, 283–288; 329–333); опись библиотеки, оставшейся после его смерти, регистрирует лишь две книги Лапида (Верховской 1916, II, 3-я паг., 9; № 56–58; в указателе пропущен), что, конечно, ни о чем не говорит. 19 Киселева 2011, 344. Этот важнейший аспект проповеди петровской эпохи активно изучался в последние десятилетия; отсылаем читателя к обзорной работе: Нетужилов 2020. 20 Среди многочисленных попыток определить и описать это различие в первую очередь выделим глубокий анализ Ю. В. Кагарлицкого (Кагарлицкий 1999, 24– 81). Предложенное этим исследователем противопоставление «эпидейктической» аргументации Стефана и «судительной» – Феофана, как мы надеемся, может быть применено и к следующим ниже соображениям о том, как функционируют античные exempla у двух этих ораторов. 21 Круг источников, которыми пользовался Стефан при составлении проповедей, отчасти доступен обозрению благодаря ссылкам, сохранившимся в черновых редакциях этих последних (Чистович 1867, 7–14): это образцы иезуитской гомилетики, созданные на географическом пространстве от Польши до Португалии. 22 Живов, Успенский 2002, 487. Беглый обзор античных антропонимов в тех проповедях Стефана, которые вошли в трехтомник 1804–1805 гг., см.: Саломатова 2014; примеры отсылок к писателям классической древности в проповедях времен Северной войны: Чистович 1867, 33–36. Приходится признать, что порой обращение Стефана с античным материалом вызывает изумление («Живет до сих час Цинегир прехрабрый воин, который, егда ему не стало пулек, зубы свои дулом выбил, и теми зубами набивал стрельбу, и в неприятели стрелял. Живет до сих час безсмертною славою в книгах и в памяти людской Пергамидес воин сердечный (это и есть настоящий Кинегир. – В. З.), который, корабль неприятельской задержуючи, егда ему едину руку отсекоша, ухватил другою, а егда отсечена другая, он веревку ухватил зубами»; Стефан 2014, 374), однако таких случаев немного. 166 Стефан в своем осмыслении Полтавской победы практически не прибегает к прекрасно знакомому ему и прямо-таки просящемуся в дело античному материалу, лежит, как представляется, в плоскости историософии. Как уже отмечалось исследователями, для Стефана Полтавская битва – это триумф Бога над врагом рода человеческого («победил есть от колена Иудова победитель Христос чрез Христа нашего Царя»);23 именно это естественным образом ограничивает круг его сопоставлений.24 Между тем у нас есть важное, пусть и относящееся к существенно более позднему времени, свидетельство того, что Петру такая – вселенская, но тем самым внеисторическая – интерпретация его триумфа не была близка. В 1724 г. император не только распорядился подвергнуть пересмотру текст литургической «Службы благодарственной о великой победе над Полтавой», сочиненный по его приказу Феофилактом Лопатинским, но и сам внес исправления в обновленный вариант.25 Смысл как работы неизвестного редактора над первоначальным Стефан 2014, 393. О традиции именования Петра Христом см.: Живов, Успенский 1996, 239–244. 24 Кочеткова 1974, 55. Мы не можем согласиться с М. С. Киселевой, которая характеризует перечень покорившихся Карлу земель и городов, приводимый Стефаном в «Руке Христовой», как «геополитический расклад сил», благодаря которому «прошедшее событие <…> приобретает характер исторического повествования» (Киселева 2014, 20; справедливая, на наш взгляд, критика этого вывода: Трофимов 2020, 228). Перед нами почтенный риторический топос, восходящий как минимум к «Энеиде», чтобы не говорить о «Персах» Эсхила – географический каталог, призванный продемонстрировать мощь побежденного врага. «Отсутствие у Яворского интереса к истории как к науке и даже как к “патриотическому произведению”» констатирует Дж. Броджи Беркофф, исследуя его маргиналии на книгах исторического содержания: «Интерес Яворского к истории был ограничен и имел характер “вспомогательной дисциплины” по отношению к сочинению проповедей или полемических трактатов. Это соответствовало теории и дидактической практике, а также литературному и “научному” (полемика и теология) творчеству иезуитов. В их коллегиях, как известно, изучение истории было не отдельным предметом, а только средством находить поучи- тельные истории и изречения для того, чтобы использовать их затем в качестве exempla» (Броджи Беркофф 2006, 305–306 et passim). 25 Собственноручные пометы Петра на представленной ему копии новой версии «Службы благодарственной…» были введены в научный оборот П. П. Пекарским (Пекарский 1862, II, 200–202) и интерпретированы И. Ф. Мартыновым (Мартынов 1974), на чьи выводы мы и опираемся. Далее см.: Погосян, Сморжевских 2002, 22–24; Погосян 2004, 327–329 (работу Мартынова исследовательницы не 23 167 текстом службы, так и петровской правки (в концептуальной ее части) состоит именно в «историзации» Полтавской победы, в «стремлении <…> подчеркнуть, что Северная война носила политический, а не религиозный характер»;26 и дело здесь, как представляется, не только в том, что после заключения Ништадтского мира проклятия, которые Феофилакт, известный своим последовательным антипротестантизмом, во множестве адресует шведам как вероотступникам, оказались неуместны.27 Так, в колоне «приидите все окрестныи народы и видите дела Божия, яже сотворих Бог во днех и в странах наших» Петр заменяет выделенный эпитет на «российстии», поясняя: «неприлично сие слово, чтобы все народы за единую нашу ползу благодарили»; а напротив одного из ирмосов делает помету: «Сию песнь всю переменить, понеже бо не идет о законе, а тогда была война не о вере, но о мере, також и у них (т. е. шведов) крест осененный есть в употреблении и почитании». Несколько отвлекшись от нашего изложения, разберем один колоритный сюжет, в котором палеография смыкается с переводческими тактиками, а рецепция античности – с идеологией. В начале января 1709 г. русскими войсками было перехвачено письмо Мазепы польскому королю Станиславу Лещинскому от 5 декабря предшествующего года. Его скорейшее обнародование, по замыслу Петра, должно было продемонстрировать, что мятежный гетман намерен предать украинцев под власть Польши и «привесть в унею»: письмо было целиком включено, в русском переводе «для лутшаго выразумения», в печатную петровскую «Грамоту к украинскому народу» от 21 января, а также распространялось по Украине в оригинале и в переводах – украинском и опять-таки русском.28 учитывают); о памятнике в целом: Kizenko 2009/2010 (детальный анализ «Службы…» и ее дальнейшей судьбы, в которой исходная версия Феофилакта 1711 г. восторжествовала); Матонин, Бедина 2019. 26 Мартынов 1974, 144. 27 Так, Е. А. Погосян и М. Сморжевских-Смирнова замечают, что первые изменения в текст службы были внесены еще в 1711 г., при включении его в Минеи, и изменения эти ведут в том же направлении (устранение либо сокращение отсылок к Апокалипсису и др.): Погосян, Сморжевских 2002, 22. 28 Препровождая 22 января гетману Скоропадскому свежеотпечатанную царскую грамоту и перехваченное письмо, канцлер Г. И. Головкин объясняет, что их широкая и оперативная огласка должна нейтрализовать влияние универсалов Мазепы: «И для того указал Царское Величество, во обличение того его (Мазепы. – 168 Речь идет о чрезвычайно любопытном документе, написанном, в соответствии с польским эпистолярным этикетом того времени, на смеси двух языков: выдерживая тон непринужденной светской образованности, Мазепа на небольшом пространстве текста остроумно и к месту цитирует Горация («Suum adire Corinthum»: Hor. Epist. I, 17, 36; «iednak te iskierki, suppositas cineri doloso, zawczasu by trzeba gasić»: Hor. Carm. II, 1, 8)29 и даже любовные стихи Катулла к Лесбии («całuię mille basijs waleczną Je<g>o rękę»: Catull. 5, 5) наряду с латинской Псалтырью («expektans expecto szczęsliwe<g>o у prętkiego W<a>szey Kr<olewskiey> M<o>sci prybycia»: Psalm. 39:2),30 а также, знаменательным В. З.) злого умыслу, о запродании Малоросийского народа под иго Полское, выдать свою грамоту ко всему Малоросийскому народу, дабы ведали, что он, изменник, неправо в уневерсалах своих с клятвою писал, обнадеживая бутто для ползы и волностей Малоросйского народа он ту измену учинил и под оборону Швецкую поддался в таком намерении, чтоб свободну Малоросийскому краю, как от Его Царского Величества, так и от Полской власти, особливо при волностях своих остаться. <…> А меж тем изволишь сей лист Мазепин подлинной объявить всем в войске своего регименту и в полках, которые в близости от вас обретаются, и потом послать оной по за Днепру или где безопасно проехать в полк Миргородской и Полтавской, и там объявя, назад отобрать <…>. Послано ныне с помянутым подьячим к вашей велможности вышеозначенных великого государя грамот друкованых 150, которыя изволишь розослать по всем полкам» (Бычков 1871, 641; цит. по исправленному тексту: Павленко 2007, 852). Феофан Прокопович указывает и на другие способы его распространения: «писмо оное <…> напечатать и всюды по местам народным прилеплять указано» (Феофан 1773, 194). 29 Здесь и ниже письмо Мазепы цитируется, с сохранением особенностей его орфографии, по дипломатическому изданию оригинала, хранящегося в РГАДА: Полтавская битва 2011, 221, № 174. 30 Подчеркнем, что эта библейская цитата никоим образом не придает письму религиозных коннотаций и стилистически ничем не отличается от цитат из римских поэтов: в обоих случаях перед нами не более чем образчик риторического остроумия. Это же касается и выражения «tanquam Patres in Lymbo oczekiwamy przyscia W<aszey> Kr<olewskiey> M<o>sci, iako Saluatora naszego» («словно Отцы в Лимбе, ожидаем пришествия Вашего Королевского Величества, как Спасителя нашего»), на котором официальные русские переводчики письма Мазепы (о них см. ниже) сделали особый акцент как на доказательстве его тайной приверженности католической вере (Погосян 2004, 321–322; ср., кроме того, специальное примечание к этому месту у И. И. Голикова [Голиков 1795, Доп. XV, 237]: «Сие выражение о чистилище, приемлемом Римскою церковию, доказывает, что он Мазепа содержал сию религию») или же бедственного положения (ср. в «Истории императора Петра Великого» Феофана Прокоповича: «До того, то же письмо объявило, в каковой тесноте и злоключении видел себя быти неприятель 169 образом, использует латынь для политических терминов («in hoc turbido rerum statu», «bellum civile», «in publicum damnum»). В ключевом пассаже Мазепа макаронически выражает надежду на скорое прибытие войск Стефана, «źebyś my mogli, unitis armis et animis, niepryiacielskiey moskiewskiey imprezy in herba Sopire Drakonem» («чтобы мы могли, объединив наше оружие и устремления, усыпить в траве змея враждебного московского начинания»). Русский перевод этого места, напечатанный в составе петровской «Грамоты…», воспроизводится в «Письмах и бумагах Петра Великого» в следующем виде: «…чтоб мы могли соединенным оружием и умыслы неприятелского московского змия намерения, в начале усмирить дракона».31 На разницу с оригиналом (вместо «змея московского намерения» появился «московский змий», к тому же удвоенный) обращает внимание Е. А. Погосян в работе, посвященной апокалиптической образности в антимазепинской пропаганде. По ее версии, эта подмена «отсылала читателя к 12-й и 13-й главам Откровения Иоанна Богослова <…>. Как ни парадоксально это звучит, но Петр включил в указ характеристики своей особы, которые уподобляли его апокалиптическому змию, нo которых не было в письме Мазепы (или, по крайней мере, они не были очевидными)».32 Cоздавая впечатление, будто Мазепа сравнивал православного государя c Сатаной, да еще и цитировал Писание по латинскому тексту,33 царь переводил противостояние с мятежным гетманом в контекст битвы за веру. Далее Е. А. Погосян прослеживает, как это же место Апокалипсиса возникает в полтавских проповедях Стефана и в первой редакции уже упоминавшейся «Службы благодарственной…» Феофилакта, усматривая здесь элементы единой идеологической стратегии, восходящей к «установкам» самого Петра.34 с изменником, сиесть, аки в некоей охлане адстей» [Феофан 1773, 194]). Как показывают доступные нам теперь возможности электронного поиска, крылатое латинское сочетание «ждать, как Отцы в лимбе сошествия Христа» в смысле простого «напряженно и жадно ждать» находит надежные параллели в европейской эпистолографии XVI–XVIII вв. 31 ПБП IX (1), 41, № 1299. 32 Погосян 2004b, 322–323. 33 По мнению Е. А. Погосян, «удвоение змия» имело целью убедить аудиторию, будто Мазепа «ссылается не на славянский текст Откровения, а на Вульгату, где присутствовали и дракон, и змий (draco ille magnus serpens antiquus, qui vocatur Diabolus et Satanas)» (Там же, 322). 34 Там же, 326–327. 170 Между тем русский перевод пассажа синтаксически несвязен, что заставляет заподозрить его текстологию. Обращение к печатным экземплярам петровской грамоты показывает, что слово «змий» набрано не в начале соответствующей строки, как следовало бы, а левее, на поле: это не часть текста, а глосса к иностранному слову дракон.35 Устранив эту глоссу, а также ошибочную запятую после намерения (которую все же трудно квалифицировать как сознательную фальсификацию), получим следующий текст, буквально передающий инверсию польско-латинского оригинала: «чтоб мы могли соединенным оружием и умыслы неприятелского московского намерения в начале усмирить дракона (пояснение in margine: змия)». Эта инверсия воспроизведена и в первоначальном русском переводе перехваченного письма, сохранившемся в составе писем Меншикова и Ф. Г. Долгорукого (17 и 22 января 1709 г.) и вполне недвусмысленном: «дабы мы могли соединенными оружиями и силами неприятелского московского намерения в зелии усыпить змия».36 Иначе говоря, сравнение Петра со змием в «Грамоту…» не привносилось, как не привносились в нее и какие-либо апокалиптические аллюзии, а тем более конфессиональные намеки на Вульгату. И тем не менее перевод этой синтагмы письма, вошедший в «Грамоту…», не вполне безобиден, хотя и в ином отношении. Исследовательница проходит мимо подлинного источника слов Мазепы: это несколько измененный стих из «Метаморфоз» Овидия, рассказывающий о том, как Ясон при помощи чар Медеи добывает золотое руно (7, 149: Pervigilem superest herbis sopire draconem; «оставалось усыпить вечно бодрствующего дракона с помощью трав»).37 Если первоначальный 35 В публикациях XIX в. русский перевод письма Мазепы в составе «Грамоты…» печатался без слова змия и без каких-либо упоминаний о нем (Маркевич 1842, 277–278; Ригельман 1847, 70 3-й паг.; Бодянский 1859, 196). Палеографически корректная интерпретация глоссы теперь зафиксирована в изд.: Полтавская бит- ва 2011, 267–268 и прим. б; № 207; сканированная копия грамоты доступна на сайте РГАДА. 36 Там же, 2011, 221–222. В других сохранившихся переводах змий / дракон вовсе опущен: «неприятельскую московскую силу <…> победити» (Тарле 1959, 604); «к воспротивлению Российскому намерению» (Голиков 1795, Доп. XV, 236). 37 По-видимому Мазепа в ту пору, когда он впервые узнал и запомнил этот хрестоматийный стих, понял herbis («травами», т. е. «зельями») как аблатив места («в траве»), а в письме Лещинскому в результате lapsus memoriae заменил эту форму на синонимичное in herba. Источником этой аберрации (считать ее намеренной 171 русский перевод совершенно точен («в зелии [т. е. в траве. – В. З.] усыпить змия»), то официальная версия «Грамоты…» затемняет в нем всякие следы античного контекста: sopire из конкретного «усыпить» превратилось в расплывчато-обобщенное «усмирить», а злополучное in herba подверглось вполне искусственному (чтобы не сказать противоестественному) перетолкованию – «в начале усмирить дракона»; очевидно, переводчик вспомнил, что это латинское сочетание имеет также и идиоматическое значение «на корню», «в зачатке». Отнюдь не желая придавать этим искажениям черты намеренной манипуляции, все же сформулируем вывод, который будет важен для нас и в более общем смысле: письмо Мазепы с античными аллюзиями и без них – это два разных документа. Вместе с этой и другими, столь же проходными, отсылками к классическим авторам из перевода полностью вытравляется (осознанно или нет) дух свободного политического рассуждения, «модерного» как по содержанию, так и по стилю; обыгранная литературная цитата превращается в зловещее прямое высказывание.38 Но вернемся к Полтаве и ее панегиристам. Для того, чтобы должным образом поместить одержанную победу и ее творца в кругу неоспоримо значимых деяний человечества, греко-римский материал, причем особым образом подобранный и осмысленный, был необходим едва ли не в большей степени, чем Писание: историческое истолкование произошедшего оказывалось важнее и актуальнее, чем апокалиптическое. Интуитивное понимание этой задачи и готовность ее исполнить Феофан продемонстрировал уже в том образце своей ораторской прозы, с которого началось его личное знакомство с Петром – «Слове приветствительном на пришествие в Киев Его Царскоигрой слов означало бы, пожалуй, неправдоподобно усложнять дело) стало, по всей вероятности, полустишие Вергилия Ecl. 3, 19 (latet anguis in herba, «в траве прячется змей»), служившее провербиальным обозначением коварства. 38 На «разночтения и пропуски» в разных русских переводах письма Мазепы обращал внимание еще Е. В. Тарле (Тарле 1959, 604). Авторы монографической статьи о письме Maзenы (Павленко, Циганок 2016; в их примечаниях к украинскому переводу письма впервые идентифицирован, вместе с частью других латинских цитат, овидиевский источник) остроумно демонстрируют, что этикетные эпистолографические формулы в зачине письма были представлены Петром как выражение рабской покорности Мазепы польскому королю, однако занимающего нас пассажа не разбирают. 172 го Пресветлого Величества», произнесенном в Софийском соборе 5 июля 1706 г. в присутствии царя; в этом сочинении, по оценке Джеймса Крейкрафта, «полные энтузиазма и весьма специфические похвалы Петру далеко выходили за пределы условностей современной традиции панегириков».39 Трудно согласиться с исследователем, который видит специфику «Слова…» в «малом числе отсылок к античности»:40 здесь решает не количество параллелей, а их вес. Хотя значительная часть Феофанова «Слова…», действительно, отдана изобретательной прогулке по достопримечательностям Киева,41 однако в центральном его пункте выучка петровского войска охарактеризована цитатой из Курция Руфа о войске Александра,42 а готовность царя переносить испытания наравне с простыми солдатами прославляется при помощи отсылки к тому же Курцию и к панегирику Плиния Младшего Траяну43 – одному из важнейших для раннего Нового времени текстов о добродетелях государя.44 Иначе говоря, перед нами не вневременная античность «прикладов» и «адагий», но, так сказать, античность актуальная, проясняющая современность при помощи полноценных исторических аналогий.45 Cracraft 1978, 60. Drozdek 2010, 195. 41 Феофан здесь действует в рамках т. н. «топоса adventus» (ликование города, в который вступает правитель); очерк его развития в античной, западноевропейской и русской традициях см.: Николози 2009, 147–155. 42 «Не прилично ли рещи или повести о сем, еже историк Курций о воинстве Александровом? Воины, oт них же всяк учитель воинства есть. Воины достойны толикаго царя, и царь достоин есть толиких воев» (Феофан 1760, I, 8). В первом случае, по-видимому, имеется в виду Curt. 3, 2, 15: obsistere, circumire, discurrere in cornu, mutare pugnam non duces magis quam milites callent; во втором – предсмертные слова Александра в Curt. X, 5, 2: invenietis, cum excessero, dignum talibus viris regem? Фразу «Достоин царь таковаго воинства, и воины таковаго царя», уже без ссылки на Курция, Феофан повторит и в «Панегирикосе» (36). 43 «За сие возносит Курций Александра: удивляется о сем вельми и Плиний Траяну. Аще бы воскреснути могли славныи историки и вси любомудры древности, новый бы в нас образ увидели» (Феофан 1760, I, 9). Ср. Plin. Paneg. 13. Совершенно невозможно согласиться с О. М. Буранком, по мнению которого упоминание Александра в «Слове…» «следует традиции древнерусской воинской повести» (Буранок 2014, 165). 44 Ср. свежую обзорную работу о рецепции «Панегирика» Плиния: Dominik 2022. 45 К сходному выводу приходит К. А. Соловьев, анализирующий сопоставление Петра с киевскими князьями в проповеди (Соловьев 2015, 99–105, ср. с. 105: «оставаясь в русле церковноучительной традиции, в этом своем “Похвальном 39 40 173 Ту же функцию, только при большем объеме и разнообразии, выполняет античный материал в «Панегирикосе». Как формулирует по поводу этой речи Джованна Броджи Беркофф, «…исторические примеры, вводимые Прокоповичем, не имеют ничего общего с идеей большего “реализма” в его проповеди по сравнению с будто бы “абстрактным” и “искусственным” характером, который традиционно приписывается барочным проповедям Стефана Яворского или Дмитрия Тупталы. Прокопович не менее “искусственен” и “абстрактен”, чем его предшественники, и не менее, чем они, “риторичен” и барочен <…>. Представитель младшего поколения, носитель иных интеллектуальных предпочтений, он выбирает идеологические и политические модели, отличающиеся от тех, к которым прибегают рязанский и ростовский митрополиты: немецкий рационализм и наследие Ренессанса играют в системе его мышления главную роль. В наследии Прокоповича новый отбор и новое применение исторических примеров и культурных отсылок (ренессансная “героическая” традиция взамен иезуитской “моральной” и “аллегорической” историографии <…>) нацелены на создание нового политического дискурса, своего рода нового имперского мифа.»46 Здесь нам необходимо сделать оговорку общего характера. Тот, sit venia verbo, «новый историзм», который оказывается характерной чертой обращения Феофана-оратора с античными «прикладами», проявляется не в преобладании исторических параллелей над мифологическими. Во-первых, греческая мифология также занимает в «Панегирикосе» необходимое место: выполняя обязательную эмблематическую программу, утвержденную еще со времен московских торжеств 1703 г., Феофан в одном ряду с Самсоном и Давидом уподобляет царя-победителя Гераклу (24; 33),47 а в «Епиникионе», следуя оперативно подсказанной самим Петром аналогии, сравнивает наказанную дерзость Карла с падением Фаэтона (213).48 Здесь Феофан гослове” Феофан Прокопович сделал первый шаг к актуализации содержания ораторской прозы»). 46 Brogi Bercoff 2009/2010, 215 (перевод с английского наш). 47 Об этом популярнейшем сопоставлении см. Рогов 2006, 38–40. 48 Благодаря знаменитой фразе «И единым словом сказать: вся неприятелская армея Фаэтонов конец восприяла» из письма Петра, разосланного целому ряду лиц сразу после Полтавского сражения (ПБП IX (1), 228; №№ 3252–3264) и напечатанного в виде плаката как выпуск «Ведомостей» от 2 июля (Быкова 1959, 353), судьба этой аналогии в эмблематике и панегирической литературе эпохи Север- 174 ворит на общем аллегорико-эмблематическом языке эпохи, и самые его инвенции (напр., применение поговорки «отнять у Геракла палицу»; 33) являются непременным элементом этого языка. Во-вторых, само это деление отчасти условно: скажем, Троянская война для образованной части аудитории Феофана, включая и самого Петра – это не только баснословная брань, чье описание вымышлено Гомером и Вергилием, но и безусловно историческое событие, зафиксированное в записках Диктиса и Дарета.49 Кроме того, сами по себе exempla ной войны разносторонне изучена; см.: Морозов 1972, 23–26; Морозов 1974, 201, 208; Гребенюк 1979, 20, 23; Люстров 2012, 24–25; Трофимов 2021, 97–99. Предположение Е. А. Погосян о том, что параллель «в том числе была подсказана и коляской раненого Карла, которая была найдена на поле битвы» (Погосян 2001, 177), опровергается не только предысторией образа (картины, уподобляющие «свейскую силу» Фаэтону, представлялись уже во время Ижорских триумфов Петра в ноябре 1703 г. и затем в декабре 1704 г.: Гребенюк 1979, 141–142; 174–175), но и историей слова: как явствует из словаря Литтре, значения «колесный экипаж» у апеллатива фаэтон в 1709 г. еще не существовало. В латинском трактате Стефана Яворского «Риторическая рука» (он известен в переводе Федора Поликарпова 1705 г.), где целый ряд примеров касается недавних военных побед Петра, эпизод с падением Фаэтона иллюстрирует понятие аллегории; попутно предложим несколько конъектур к жестоко искаженному переписчиком тексту пассажа, в надежде вернуть в него имена Юпитера и Овидия. В первой публикации, факсимильным способом воспроизводящей рукопись из собрания П. П. Вяземского (вернее, перерисованной «сквозь прозрачную бумагу <…> с подлинника») он, в переводе на новую орфографию, читается так: «Но прииде внезапу свой им возгорения укротитель, и овишем без приговорства: да будет леть мне нарещи тишайшаго монарха] иже перунами своего скоропарнаго орла толика возгорения утоли неистовности: и пиянственную огнищь обузда лютость: и яко дотимитанскаго творца изреку словеса Марсовыми обузда огнями огнян» (Стефан 1878, 43). Последующие издатели или сохраняют этот текст (Бородкина 2013, 46), или дополнительно обессмысливают его пунктуацией (Аннушкин 2003, 355–356 – с тире перед яко и после Марсовыми; Бухаркин 2017, 110 – то же). Должно быть, по всей видимости, «…укротитель (Иовишем без притворства да будет леть мне нарещи тишайшаго монарха), иже перунами своего скоропарнаго орла толика возгорения утоли неистовности <…>, и, яко до (= ut etiam) Томитанскаго творца изреку словеса, Марсовыми обузда огнями огнян». Ср. в программе упомянутых выше торжеств 1703 г.: «(Фаэтон), обаче орла российскаго стрелы поражен и посрамлен, ниспаде. Орлу убо приписахом: compescit ignibus ignes [Ov. Tr. 4, 3, 65], сиречь: смиряет огнями огни» (Гребенюк 1979, 142). Мы признательны Д. В. Сичинаве за текстолого-лингвистическое обсуждение места и за догадку о значении союза яко до. 49 Позиция самого Феофана в этом вопросе сложна: в одном из самых популярных своих сочинений, апологии нетленных мощей киево-печерских старцев 175 из греческой и римской истории, нередкие и у Стефана Яворского, могут принципиально не отличаться от мифологических и библейских и нести ту же нагрузку – либо фигуральную в том смысле, который придавал этому термину Эрик Ауэрбах (древнее событие как знамение нового),50 либо аллегорико-моралистическую. Поэтому когда, к примеру, С. И. Николаев говорит о позднейшем панегирике Гавриила Бужинского на день рождения Петра (1723) «Гавриил подкрепляет свой тезис и античными параллелями, вписывая, таким образом, деятельность Петра во всемирную историю»,51 эти последние слова представляются преувеличением. Без сомнения, панегирик Гавриила пестрит именами древних царей и полководцев (Астиаг и Кир, Филипп и Александр Македонские, Сципион Африканский, Помпей, Валент и Феодосий) – однако ни в одном из этих случаев принципиально невозможно сколько-нибудь продлить аналогию и объяснить, почему Петр сравнивается именно с этими лицами. Tertium comparationis оказывается или, опять-таки, фигуральным (то, что несмотря на предзнаменования Астиагу не удалось избавиться от Кира,52 а Ва- («Apologia sacrarum reliquiarum partum nostrorum…»), многажды издававшейся в русском переводе с 1786 по 1905 г., он подробно опровергает мнение, будто Троя – это Киев, и заключает в неожиданно радикальном духе: «Dio Chrysostomus celeberrimus orator integram orationem evulgavit, qua contendit Troiam, Troianosque et regnum Troianum nunquam et nusquam fuisse, sed et res et nomina ficta fuisse» («А Дион Хризостом, славный вития, написал целую речь в доказательство, что ни Трои, ни Троянцов, ни царства Троянскаго никогда и нигде не бывало; а произшествие и имена их одна только выдумка»; Theophanes 1744, 108; Феофан 1823, 68). Нет необходимости говорить, что такое резюме 11-й речи Диона не соответствует действительности. 50 Ауэрбах 2022, 481–482. Иллюстрацией здесь может послужить заглавие программы уже упоминавшейся школьной пьесы, в «антипрологе» которой был представлен исход из Египта: «Свобождение Ливонии и Ингерманляндии, отечества росска, древле чрез мужественна вожда исраилтескаго Моисеа во Исраили прообразованное, ныне же силою Вышняго чрез храброе воинство российское во отечествии своем истинно зримое» (Пьесы 1974, 216). 51 Николаев 2006, 333. 52 В 1720 г. Гавриил перевел «Феатрон, или Позор исторический» Вильгельма Стратемана, включавший рассказ о сновидении Астиага и последующих событиях в юстиновской версии (Феатрон 1724, 71 об. – 72 об.); 11 октября того же года в проповеди на годовщину взятия Нотебурга он впервые изложил эту историю – с большими, чем в 1723 г., подробностями и опять-таки как иллюстрацию необоримого Промысла (Гавриил 1901, 457). Рукописная «Пьеса о воцарении Кира», датируемая А. С. Деминым 1727 г. и полная политических аллюзий, открывается 176 ленту от Феодосия, доказывает невозможность противиться Божественному промыслу), или чисто орнаментальным («Приходит, слышателие, ныне в сем предложении большая трудность, нежели римскаго красноречия начальнику Цицерону, который егда хотел похвальным словом ублажити Помпеа, оного великого и славного вожда Римскаго, и егда вступил в слово, не могл окончания изыскати…»; эта стандартная captatio benevolentiae, конечно, не предполагает настоящей аналогии между Петром и Помпеем).53 Напротив, когда Феофан в «Панегирикосе», развивая столь же традиционный топос «ex arduis perpetuum nomen», говорит: «Не великий победитель Домитиан, о нем же повествуют, яко мухи убивати обыкл бяше; великий же – Самсон, иже лва растерза…» (24),54 то, как представляется, он имеет в виду нечто большее, чем парадоксальное применение светониевского анекдота (Domit. 3, 1), который в оригинале иллюстрирует отнюдь не слабость или тщеславие, но садистические наклонности Домициана. Здесь нужно вспомнить, что на последовательном противопоставлении «Траян – Домициан» целиком построен упоминавшийся выше панегирик Траяну Плиния, которому эта антитеза позволяет сформулировать различие между негодным и достойным правителями; в свой черед у Плиния заходит речь и о трусости Домициана, и о его непропорционально пышном праздновании «выдуманных побед» (falsa simulacra victoriae; Plin. Pan. 14; 16–17). В еще большей мере наполнена историческим и политическим монологом Промысла Божия (Державина 1975: 294–295; 648 слл.). То удивительное современному читателю обстоятельство, что спасением младенца Кира руководит Бог, связано с ролью этого царя в Ветхом Завете и в первую очередь с пророчеством Ис 44:28–45:7: на этом месте из Исайи основано уподобление Петра Киру в «Речи к Его Величеству Государю Императору Петру Великому, говоренной <…> при торжественном входе с победою от Дербента» Феофана Прокоповича (декабрь 1722 г.): «И что Киру древнему на Иудеи обещал Бог, то и тебе на Кирово отечество исполнил: отверзу пред ним врата, и грады не затворятся...» (Феофан 1761, II, 100). 53 Гавриил 1901, 500. Это предельно амплифицированный пересказ пассажа Cic. De lege Man. 3: Dicendum est enim de Cn. Pompei singulari eximiaque virtute; huius autem orationis difficilius est exitum quam principium invenire. 54 Поучительно сравнить, как ту же мысль выразил десятью днями ранее Стефан Яворский в «Руке Христовой…»: «И Сампсон аще бы агнца растерзал, не великую бы оттуду восприял славу; но то его слава, егда льва ярящегося восхитил и растерзал, якоже безсильнаго козлища» (Стефан 2014, 459). 177 смыслом разветвленная аналогия между свейской и «Второй Пунской» войнами (29),55 в которой естественные параллели (сила и первоначальные успехи противника;56 распространение театра военных действий на огромную территорию; появление врага «во пределах отечества»; фактор внутренней измены; и т. д.) изощренно маскируют параллель искусственную, но идеологически ключевую – сходство причин войны («ибо и подобную име вину свою»): так «великое подобие» древних и современных событий исподволь утверждает намерение Карла поработить Россию.57 В том же ключе мы предлагаем интерпретировать и ту во всех отношениях необычную аналогию, которую Феофан выбирает для запорожцев, присоединившихся к Мазепе (этот последний ни разу не называется ни в «Панегирикосе», ни в «Епиникионе» о имени, но всегда описательно). Здесь нам потребуется сперва пространная цитата, а затем более подробный разбор. «Наша же и внутрнняя брань не простая и не обычная бяше. Не сам бо токмо собою яряшеся супостат, но прицепишася к нему и полчища зменническия, и зло ко злу приложися. Коего бо зде требе бяше многоочнаго опаства, еже бы своих от чуждых, верных подданных от отступников и зменников, приятелей от врагов разознати? Повествует славный стихотворец римский Виргилий, яко, егда греки пленяху и раздрушаху град Трою, неции от троянов, побивше сшедшихся со собою некия воя греческия, броня их и щити на себе возлоиша и, таковым покровенны суще Ср.: Brogi Bercoff 2009/2010, 216. Характерно, что в латинском автопереводе эти успехи Ганнибала (а значит, в рамках аналогии, и успехи Карла XII) обозначены куда более отчетливо: так, уклончивым словам «исперва велик и страшен показася» по-латыни соответствует «поначалу был победоносен» (ab initio victoriosum), а словам «такожде в самой Италии многие зменники являхуся, преходящии от римлян до Аннибала» – «многие города Италии перешли от римлян на сторону Ганнибала» (multa Italiae oppida a Romanis ad Annibalem defecerant; Theophanes 1709, 11). Изображение Ганнибала и Фабия было представлено на московских «купеческих триумфальных вратах» в декабре 1709 г., причем в описании основаниями для аналогии названы (а) то, что Карл «безстыдно и безумно» перенес войну в Украину, как некогда Ганнибал – в Италию, и (б) то, что Петр, подобно Фабию Кунктатору, благоразумно не торопился вступать в бой и тем обеспечил окончательную и почти бескровную победу (Тюхменева 2005, 220). 57 О роли Феофана в формировании этого исторического конструкта см.: Анисимов 2009, 52. 55 56 178 видом, многих инных супостатов нечаянно побиваху; мняху бо тыи, яко свои суть, и без опаства схождахуся. Не тако ли творяшеся и во смущении сем зменническом? Разве яко тамо доброю хитростию подвизахуся за отечество трояни, зде же диавольским наущением на пагубу своего ж отечества мечтахуся клятвопреступныи зменници. Но и большее зде и неудоб познаваемое бяше коварство: не броня бо токмо, но и лице и родство наше ношаху на себе изверги отечества нашего; под видом же тым таяшеся вражда, яко же и известно есть из последной твоей, пресветлейший монархо, грамоти о лукавых запорожцах. Брань убо сия сотворися брань нощная; аки бо в темной нощи, великое бяше недоумение, кого хранитися, на кого наступати, кого заступати; в едином граде, в едином дому можаху быти двоих противных стран оружия?» (27) Литературоведы – исследователи «Панегирикоса» упускают из виду, что эта параллель Феофана имеет в виду не «измену Мазепы» вообще, но совершенно конкретное событие – столкновение запорожских казаков, пробивавшихся к Карлу XII, с драгунами полковника Кампеля (Кэмпбелла) в Царичанке 17 марта 1709 г. В упоминаемой Феофаном печатной грамоте гетману Скоропадскому «и всему посполству малороссийского народа» от 26 мая, которая, очевидно, послужила непосредственным источником для «Панегирикоса», поражение царичанского гарнизона Кампеля58 представлено так: «Да и сам он, вор, кошевой атаман Костя Гордеенко со единомышленники своими, <…> под видом и объявлением, будто идет он с войском Запорожским к нашему войску в случение, <…> пошел х королю Шведцкому и к вору и изменнику Мазепе. И, идучи нечаянно, на некоторых наших ратных людей, которые от них, яко от приятелей, не опасались, без данной от них и малейшей им, запорожцом, причины, изменнически в ночи нападение учинил и несколко оных побил и, в полон побрав, шведу отвел».59 К этому бою Феофан применяет эпизод из «Энеиды» На первое известие о нем Петр отреагировал болезненно, наказав Г. Ф. Долгорукому «искать над оною проклятою каналиею ревенжу» (ПБП IX [1], 129; № 3129). 59 ПБП IX (2), 911 (грамота подписана Г. И. Головкиным). Аналогичный текст в петровской грамоте войску Запорожскому от 17 мая: ПБП IX (1), 182; № 3194. Отметим, что в расспросных речах пленного казака Федора Коломыченко, которые Петр получил 21 марта в составе донесения Б. П. Шереметева, по поводу коварства запорожцев сказано лишь «А напали де они, кошевой, в ночи на сонных»: мотив «неотличения чужих от своих» отсутствует (Полтавская битва 2011, 335; № 257). 58 179 Вергилия (2, 370–401), где троянские воины во главе с Энеем, спасаясь ночью из захваченной обманом и жестоко разоряемой Трои, надевают доспехи убитых греков и разят врагов, которые принимают их за своих и оттого не торопятся оказать сопротивление. Вергилианское место хрестоматийно, так сказать, в кубе – это одна из самых знаменитых сцен в составе самой знаменитой песни60 самой знаменитой античной поэмы. Нет ничего неожиданного в том, что «Панегирикос» и его латинский автоперевод проникнуты прямо или опосредованно восходящим к Вергилию материалом на всех уровнях – от топики (зачин «аще бы имел бых тисящу устен и гортаней» [23] – ср. Georg. 2, 43 = Aen. VI, 625),61 сентенций («Мне бо, сие помышляющу, приходит на помысл древнее еллин и римлян присловие: оружие от рук 60 К примеру, в «Риторике» Феофана (1706–1707) треть всех цитат из Вергилия (включая и одну ошибочно ему приписанную; см.: Николаев 2022) приходится на вторую книгу «Энеиды» (Феофан 2020, 244; 251; 261; 266). В «Поэтике» (1705), где Вергилий цитируется более 150 раз, пропорция иная, однако и здесь вторая книга лидирует по частотности (всего 25 случаев; Феофан 1961, 396–398; 400; 412–414; 420–421; 424 и др.); сколько-нибудь приближается к ней лишь другой школьный фаворит – шестая. Даже в лекциях о физике Феофан цитирует Aen. II, 682–684, давая чудесному появлению огня вокруг головы Аскания естественнонаучное объяснение (Феофан 1980, II, 442). 61 История этого «topos de l’ineffable» (Cariou 2014), восходящая в конечном счете к Hom. Il. 2, 489 слл., чрезвычайно богата (Courcelle 1984, 452–464; наиболее полный перечень античных мест: Kißel 1990, 572); по латинскому автопереводу «Панегирикоса», однако, видно, что Феофан в первую очередь имеет в виду именно Вергилия: «si mihi centum, ut ait ille, linguae sint oraque centum» (Theophanes 1709, 6). Сходным образом начинается и «Епиникион»: «Аще когда найпаче ныне нам желати / Достоит многих устен…» (209); см.: Погосян 1996, 54–55; Либуркин 2000, 54–55 (sic); Трофимов 2018, 340–341. Отметим, что пространное обсуждение этого риторического общего места открывает «Слово на воспоминание торжественной виктории Полтавской» Стефана Яворского, сказанное в семилетнюю годовщину битвы (о нем см. выше прим. 7): Стефан сначала акцентирует его расхожий характер («Имут сие обыкновение <…> риторы и витии, яко егда о вещи коей странной, силы ума человеческаго непостизающей, слово хочут начинати, тисящи многия себе устен и языков желательствуют»), затем отклоняет примеры из светского красноречия («Не воспоминаем во утверждение сего слова мирских витий оных Цицеронов, Димосфенов, Овидиев, Виргилиев») в пользу пророка Исайи, Иоанна Златоуста и Григория Назианзина, а в завершение фактически дезавуирует: когда приходится говорить о неизъяснимом чуде Божьего милосердия, никакое число уст не будет достаточным (РГБ. Ф. 183. Оп. II. Ед. хр. 112. Л. 185–185 об.). Может быть, здесь позволительно усмотреть завуалированный выпад против полтавского «Панегирикоса» Феофана. 180 отъяти Ираклию» [33] – ср. Suet. Vita Verg. 46;62 «тогда найпаче непобедим бывает супостат, егда отчаевается победы» [30] – ср. Aen. II, 354) и экфрастических формул («и закри лице солнцу дым, с прахом смешенный» [30] – ср. Aen. II, 609)63 до отдельных фразеологических элементов;64 в польской версии «Епиникиона», где античного материала больше, чем в латинской и тем более в книжно-славянской, Карла, словно Турна в «Энеиде», гонит фурия Алекто.65 Все это, разумеется, не полноценные аллюзии на Вергилия, а клише, воспроизводившиеся в риторической традиции сотни раз, и никакого специфически «вергилианского» флера они тексту не придают. Существеннее, что эпизод Aen. 2, 370–401 Феофану уже приходилось затрагивать в учительской практике. В том разделе «Поэтики», который посвящен вымыслу (fictio), он приводит «повествование о том, как Эней меняет свое оружие на оружие убитых им греков» как один из примеров того (первого) рода fictionis rei, в котором за образец берется реальность: «случаи и происшествия с кем-либо, не происходившие в действительности, вымышлены по способу исторического повествования (per modum narrationis his- toricae66 effinguntur), причем к этому не присочинено ничего необычайного или выходящего за пределы вероятности». Главная цель таких fictiones, по Феофану, эстетическая – «приятность и разнообразие длинного повествования»; им противопоставлены вымыслы, касающиеся вещей сверхъестественных и несущие, говоря современным языком, символическую нагрузку.67 Впервые указано И. П. Ереминым (Феофан 1961, 462). Эта параллель (присутствующая и в «Епиникионе») отмечена Д. Л. Либуркиным (2000, 59). 64 К примеру, в латинскую версию процитированного выше пассажа Феофан включает микроцитату из Aen. 6, 27, не находящую никакого соответствия в русском оригинале: «но и большее зде и неудоб познаваемое бяше коварство» – «quin et magis occultus hic dolus, prorsusque inextricabilis error» (Theophanes 1709, 9). 65 Theophanes 1743, 141. 66 Между прочим, Феофан здесь воспроизводит известную формулу Фомы Аквинского, которая использовалась как в полемике между католическими и протестантскими богословами, так и в католических поэтиках (Summa theol. I, 102; контекст: все, что в Библии имеет характер исторического повествования, вклю- чая, напр., изображение рая, следует воспринимать как историческую истину и лишь затем толковать аллегорически и анагогически). 67 Феофан 1961, 287–288 (лат. текст); 403 (пер. Г. А. Стратановского под ред. А. Н. Егунова). Заодно исправим досадную ошибку в переводе предыдущего абзаца, которая затем получила хождение в научной литературе (см., напр.: Федоров 62 63 181 Однако даже несмотря на то, что далее в «Панегирикосе» Феофан эксплицитно «разводит» отряд Энея и казаков атамана Гордиенко при помощи изобретательного parallelismus membrorum (тамо – зде; доброю хитростию – диавольским наущением; за отечество – на пагубу своего ж отечества), само рискованное применение к мятежным запорожцам этого exemplum – в котором не только провиденциальная и моральная правота, но и читательское сочувствие целиком принадлежат троянцам68 – может показаться разительно неуместным, нарушающим столь дорогой Феофану-теоретику декорум ради столь презираемого им кончеттизма.69 Без оговорок определить его как 1971, 305–306; Луцевич 1989, 29). Вместо «Вымысел события равным образом бывает двояким: один подлинный (?), но не представляющийся вымыслом; другой – подлинный и представляющийся вымыслом» должно быть «…один – который является вымыслом, но не представляется им; другой – который и является, и представляется вымыслом» (fictio rei pariter est duplex: quae est, sed non videtur esse fictio; illa, quae est et videtur): это вариация определений argumentum и fabula у древнеримских риторов (Cic. Inv. 1, 27; Rhet. ad Herenn. 1, 12, 13; Quint. Inst. 2, 4, 2; далее см.: Lausberg 1990, 165–166, § 290). Само деление fictionis rei на два вида ближайшим образом восходит, по-видимому, к «Poeticae institutiones» (1647) Г. И. Фосса, у которого они называются fictio simplex и fictio fabulosa: Vossius 2010, 202 (кн. I, гл. 4). 68 Сравнение этого пассажа «Панегирикоса» с его латинским автопереводом вновь приносит ряд любопытных штрихов. Так, в латинском тексте существенно сильнее акцентированы похвальные характеристики троянских воинов: к примеру, «неции от троянов» передается как «fortissimi quidam Troianorum», а «нечаянно (т. е., разумеется, «неожиданно», а не «не нарочно» – В. З.) побиваху» – «fortiter trucidaverunt». Отметим также, что для международной аудитории Феофан считает нужным дать точную ссылку на источник, а указание на национальность Вергилия, наоборот, опустить как очевидное («повествует славный стихотворец римский Виргилий» – «princeps ille Poetarum Vergilius secundo Aeneidos suae libro narrat»). Ни в одну из версий «Епиникиона» вергилиевский пример не вошел – хотя в целом тот раздел поэмы, который посвящен Мазепе, обнаруживает ряд текстуальных параллелей с «Панегирикосом» (их сопоставление: Щеглова 1926, 95). 69 О концепции decorum и cacozelia в «Риторике» Феофана и ее полемических импликациях см. в первую очередь, Лахманн 2001, 189–210 (ср. также с. 88, где с опорой на Г. Р. Хокке высказывается тезис о принципиальном отказе от самой идеи tertium comparationis в парадоксальных уподоблениях «barocco esagerato»). Ср. программную оговорку авторов «Политиколепной апофеосис», объясняющих, что уподобление петровских балтийских крепостей Трое вовсе не предвещает им печальную участь этой последней: «Сего ради не город Трою ко крепостям нашым, но строителей к строителям приравниваем. Ибо всякое подобие в едином 182 образчик dissimilitudo, т. е., согласно дефиниции Феофана в «Риторике» (2, 2, 12), сопоставления «двух или нескольких предметов, противоположных при сходных обстоятельствах» (пример Феофана: и разбойники, и воины носят оружие, но одни на благо отечеству, а другие во зло)70 мешает уже подробный и развернутый характер «приклада». Вопрос об основании для уподобления, т. е. о том же tertium comparationis, не может не возникать, и характеристики вроде «русским авторам события Троянской войны напоминала и измена Мазепы: правда, “хитрость” гетмана позволяла сравнить (но не уподобить) его не с ахейцами, а с троянцами»,71 «это сравнение Прокопович использует для того, чтобы сильнее оттенить коварство Мазепы и запорожских казаков»,72 а тем более «упоминание имени автора великой поэмы было важно для самого Феофана Прокоповича, поскольку он мог соотносить себя (как автора, по-видимому, первой героической поэмы в России Нового времени) с Вергилием»,73 представляются недостаточными. В то же время, хотя Феофан, как и другие украинские интеллектуалы круга Киево-Могилянской академии, был связан с Мазепой и прославлял его во «Владимире» (1705),74 недвусмысленный свойстве имать всегда часть многажды премногу неподобия в иных, а яко обычно глаголют: Omnis similitudo claudicat, Всякое подобие храмлет. [Сиесть: Есть с неравенством смешано, зане не было бы similitudo, подобие, но aequalitas, равенство]» (Тюхменева 2005, 176). 70 «Dissimilitudo contra est duorum vel plurium in re pari diversitas» (Feofan 1982, 91). Русский перевод Г. А. Стратановского в этом месте неверен: «различие двух или многих предметов, на самом деле одинаковых» (Феофан 2020, 111; ср. корректную украинскую версию Ю. Ф. Мушака: Феофан 1979, I, 418). Даже при отсутствии критического издания «Риторики» (ср. Суториус 2018, 171–172) те рукописи, по которым работал Г. А. Стратановский, известны, и чтения *in re parium – которое, отыщись оно в традиции, нужно было бы признать ошибочным: ср. «in eadem re» двумя строками ниже – ни в одной из них нет (благодарим за консультацию Е. В. Введенскую). Пример типичной dissimilitudo, основанный на античном материале, в «Панегирикосе» также отыскивается (34): шведы бежали с поля боя не так, как некогда парфяне (т. е. чтобы заманить врага в погоню и затем сокрушить его), но окончательно и бесславно. 71 Люстров 2008, 145. 72 Гребенюк 1979, 24. 73 Трофимов 2019, 11 (имеется в виду «Епиникион»). 74 И. П. Еремин прослеживает, как переписчики дошедших до нас рукописей «Владимира» впоследствии сокращали и переменяли текст, устраняя из него упоминания Мазепы: Феофан 1961, 11–12. 183 контекст пассажа «Панегирикоса» заставляет наперед отказаться от соблазнительной гипотезы о каком-либо «двойном дне» вергилианского exemplum – т. е. о той «ambiguity as a main component in the discourse of “Mazepian literature”», которую Дж. Броджи Беркофф в другой своей работе констатирует для «Трости, ветром колеблемой» Стефана Яворского.75 Предлагаемое нами объяснение связывает пассаж с актуальными дискуссиями в области нравственного богословия,76 а также правовых и политических теорий. Ключевым нам представляется терминологическое сочетание «доброю хитростию», которому в латинском переводе соответствует «bona fraude». Рассказ Вергилия о том, как Эней с соратниками переоделся во вражеские доспехи, и особенно провербиальная реплика Кореба «Dolus an virtus, quis in hoste requirat?» («Если речь идет о враге, кто станет размышлять, хитрость это или доблесть?»; Aen. 2, 390), были проблематизированы уже в античности77 и у ранних отцов Церкви,78 а в XVI–XVII вв. оказались в центре споров о благом обмане (bonus / malus dolus, bona / mala fraus)79 и о праве ведения войны. Из большого массива примеров выделим лишь несколько, представляющиеся нам наиболее показательными. Испанский полимат Хуан Карамуэль-и-Лобковиц (1606–1682), которого современные историки этики знают как одного из оригинальных теоретиков пробабилизма,80 прибегает к эпизоду «Энеиды» Brogi Bercoff 2008, esp. 382 ff. О трудностях идентификации, с которыми должен был столкнуться Феофан после Полтавы, см. в первую очередь: Plokhy 2004. 76 Преподаванию нравственного богословия в Киево-Могилянском коллегиуме / академии посвящена образцовая работа К. В. Суториуса (Суториус 2010): как показывает исследователь, этот предмет, составлявший непременную часть иезуитского curriculum, не читался в Киеве отдельно вплоть до 1730-х гг., но рассматривался (в частности, Стефаном Яворским) в «общем» курсе богословия. 77 См. комментарий Сервия ad Aen. 2, 341: «Эвфорион вывел Кореба глупцом; ему следует и Вергилий, вложивший в уста этому герою стих “Dolus an virtus, quis ab hoste requirat?” – ибо победа, добытая коварством, постыдна». В статье Дж. Эббота эта сцена «Энеиды» («the most celebrated stratagem ever devised») вписывается в широкий контекст античных дискуссий о dolus bonus (Abbot 2000). 78 Courcelle 1984, 188–189 (с примерами из Иеронима и Августина). 79 Об exemplum Coroebi в этих спорах см. Randall 2016, 582–583. 80 Введением в нравственное богословие Карамуэля может служить монография: Fleming 2006; ср., кроме того, сборник статей, посвященный многообразным сторонам деятельности этого философа, математика, теоретика музыки и архитектуры, изобретателя etc. etc.: Dvořák, Schmutz 2008. 75 184 в трактате «Haplotes» (1672) – первом из своих трудов по нравственному богословию, посвященном критике т. наз. restrictio mentalis. Эта этическая концепция, развивавшаяся иезуитскими теологами, предполагает в определенных (благих) целях право не открывать всей правды, но, не прибегая к прямой лжи, выражаться уклончиво, «проговаривая» при этом часть ответа про себя и оставаясь, таким образом, правдивым перед Богом, которому ведомы человеческие мысли. В своем опровержении этой доктрины Карамуэль, в частности, говорит о военных хитростях (stratagemata), доказывая, что они сами по себе не предосудительны (все зависит от того, о справедливой или несправедливой войне идет речь) и что в них во всяком случае нет места для restrictiones mentales. Стих Aen. 2, 390 служит Карамуэлю одним из аргументов, а в приложении к соответствующей главе после длинного ряда ссылок на библейские stratagemata он выписывает отрывок из «Энеиды» целиком.81 Отдельно от отвлеченной схоластической этики, однако зачастую отсылая к ней, проблему dolus bonus обсуждают теоретики международного права. Так, этот же вергилианский эпизод (впрочем, на сей раз мельком, в длинном ряду цитат из древних) упоминает Гуго Гроций в «De iure belli et pacis» (1625; кн. 3, гл. 1) в составе сложного казуистического рассуждения о границах права на обман во время войны,82 а затем и другой выдающийся голландский юрист XVII в., Caramuel 1672, 158–159. Карамуэль возвращается к этому месту во втором издании своего главного и вызвавшего бурную полемику богословского сочинения «Theologia moralis fundamentalis» (1675–1676; книга имелась в библиотеке Феофилакта Лопатинского: Гальцин, Питулько 2016, 399–400; № 523), на этот раз в связи с более широким вопросом о естественном праве (ius gentium) и dolus bonus / malus (Caramuel 1676, 599). 82 Гроций 1994, 581. Анализ этой главы Гроция см.: Mattéi 2006, 168–178 (ср. p. 170: «Grotius opère non comme un juriste. Sa méthode s’apparente au théologien, presque au casuiste»). Позднее, на совершенно ином этапе своей карьеры, Феофан будет опираться на книгу Гроция, «славного законоучителя» и автора «премудрого рассуждения о правде мира и войны», в «Правде воли монаршей» (1722): Гурвич 1915, 29 слл.; Lentin 1996, по ук. s. v. Grotius; Buschkovitch 2012 (полемизируя с Г. Гурвичем, автор доказывает практико-юридическое, а не философско-политическое влияние трактата Гроция на Феофана). Нет нужды говорить, что в петербургской библиотеке Феофана была эта книга, причем в нескольких изданиях, а также два комментария к ней (Верховской 1916, II, 3-я паг., 38; 40–41; №№ 2016, 2149, 2177, 2183–2188); была она и в собраниях многих его современников как духовного, так и светского звания (Луппов 1973, 216; 255; 260; Луппов 1976, 232; 272; 281). 81 185 представитель так называемой «элегантной школы», Арнольд Винниус (Vinnen, 1588–1657) в несколько раз переиздававшемся трактате «О договорах» (De pactis; 1646). Винниус касается его в связи с проблемой соблюдения клятвы – естественное право ультимативно требует держать обещание, даже данное врагу или разбойнику, и лишь в том случае, если такого обещания не было (как у воинов Энея), «всякая уловка позволена (licita est omnis machinatio)».83 Наконец, С. Пуфендорф цитирует стих из «Энеиды» в «De statu hominum naturali» (1675), доказывая вопреки Гоббсу, что, несмотря на эту необходимую оговорку, взаимная враждебность не принадлежит к естественному состоянию человека.84 Разумеется, эта сцена обсуждалась, опять-таки с моральной стороны, и в экзегетических комментариях к Вергилию.85 Переходя к ближайшему историческому фону пассажа Феофана, стоит отметить, что «законная» энеевская стратагема, связанная с переодеванием в доспехи врага, также входит в традицию о Северной войне – конечно, с положительным знаком. Так, во время осады Нарвы в 1704 г. часть солдат Петра в шведских мундирах изображала О рецепции трактата Гроция в петровскую эпоху и о его рукописных переводах см.: Butler 1990, 258–259; Николаев 1996, 16. 83 Vinnius 1646, 30. В каталоге петербургской библиотеки Феофана отмечены две книги Винниуса (Верховской 1916, II, 3-я паг., 42; № 2284–2285). Сходное утверждение, и с тем же вергилианским примером, находим уже у испанского юриста Балтазара де Аялы в его влиятельном, в том числе для того же Гроция, трактате «De iure et officiis belli» (1582; 2-е изд. – 1597), где специально трактуется вопрос о законности военных хитростей и bonus dolus (Ayala 1597, 150; об Аяле и других юристах испанской школы как о предшественниках Гроция в формировании принципов международного права см.: Nys 1882, 128–130 et passim; Вилья 1997, 72–74; Mattéi 2006, по ук., s. v. Ayala). 84 Pufendorf 1990, 102. Главное высказывание Пуфендорфа по вопросу «In bello dolus licitus», входящее в состав трактата «De officio hominis et civis secundum legem naturalem» (1673; кн. 2, гл. 16, § 5) и по содержанию близкое к гроциевскому (Holeindre 2012), обходится без отсылок к Вергилию. 85 См., напр.: Lambertus Hortensius 1577, 353–354 (автор, фламандский католический гуманист, резюмируeт «philosophorum disputationes», сам оставаясь над схваткой). Особо выделим сборник вергилианских adagia, выбранных и откомментированных, по образцу Эразма, ингольштадтским профессором Валентином Ротмаром (ум. 1580); здесь главка «Dolus an virtus» содержит страстную инвективу против тех, кто использует обман не только против врагов отечества, но и против сограждан и даже друзей (Rotmarus 1578, 63). 186 схватку с русскими войсками под стенами города, что помогло выманить шведский гарнизон; этот «премудрый промысл воинский» и его аллегорическое изображение на триумфальной арке отразились в программе московских торжеств декабря того же года, составленной Иосифом Туробойским.86 Дважды сходная военная хитрость упоминается и в легендах о Полтаве, возникших под пером П. Н. Крёкшина. Сперва это майский эпизод осады города, когда будто бы переодетый в шведские мундиры отряд бригадира Головина, ответившего понемецки на окрик «Кто идет?», сумел под покровом ночи прорваться в крепость.87 Во второй раз мотив переодевания появляется у Крёкшина уже в связи с самой битвой: перед ней Петр будто бы повелел переодеть Новгородский полк в серые мундиры, чтобы предупрежденный перебежчиком Карл принял их за необстрелянных новобранцев и атаковал первыми.88 Таким образом, при помощи отсылки к поэтическому баснословию «Энеиды» события в Царичанке (которые в царской грамоте от 26 мая назывались в ряду причин, оправдывающих разгром Запорожской Сечи), по сути, интерпретируются Феофаном в политико-правовой перспективе, предвосхищающей известное «Рассуждение…» П. П. Шафирова о причинах Северной войны (1717), заказчиком 86 «Несколько его царскаго величества полков, убравшеся в свейския одежды и оружия со знаменами свейскими приявше, аки бы на выручку городу к нем идоша, прочиим его Царскаго Пресветлаго Величества полкам аки бы им вслед препинающим, еже видевше неприятели и своя полки, и выручку мневше, мнози в помощь им из города изыдоша, но обоими полки объяти, ови убиени, ови же пленени быша, еже подобным симболом хотеше изъобразити. В верхнем крузе написахом тетерева, иже к подобию своего чючела от охотников поставленаго прилетев, от них убиен бывает. Надписахом же ему: “Своим прелщается подобием”» (Гребенюк 1979, 176; этот популярный эмблематический девиз также связан с античной мифологией, а именно с гибелью самовлюбленного Нарцисса: Verani 1670, 658; Symbola et emblemata 1705, 20; № 8 и др.). 87 Голиков 1795, Доп. XV, 282–283; Баиов, Юнаков 1909, 265–266. При этом Меншиков в письме Д. М. Голицыну, сообщая об успехе дерзкой операции своего зятя, ничего не говорит про смену мундиров, но, напротив, отмечает, что солдаты Головина «не токмо что платье все, но и штаны ради болотных зело глубоких переправ поскидали» (Меншиков 1873, 114). 88 Голиков 1795: Доп. XV, 330–332; Баиов, Юнаков 1909, 273–274. О вымышленном характере этого эпизода и о его возможных источниках см.: Кротов 2009, 321–322; Кротов 2018, 213–216; Анисимов 2018, 87–88. 187 и соавтором которого выступил сам Петр.89 Запорожцы, как не раз подчеркнуто в царской грамоте, нарушили «обещание свое, при крестном целовании нам, великому государю, учиненное»,90 что переводит их действия в разряд dolus malus – и попрание правил ведения войны занимает Феофана едва ли не в большей мере, чем религиозные импликации клятвопреступления. Языком античного exemplum, а чуть ниже – языком традиционной аллегории («Забыв себе льва быти, употреби лисовой хитрости и татьски нападе на полки твоя»; 30) Феофан говорит о том же, о чем прямыми словами скажет восемь лет спустя в «Слове похвальном о баталии Полтавской», своего рода публицистическом памфлете о причинах свейской войны: «соперник монарха нашего», приняв союз с Мазепой и запорожцами, «не разсуждал уже, каким бы честным ему и славе шведской не противным способом воевать».91 При этом в 1717 г. соответствующий тезис будет вновь подкрепляться контрастными аналогиями из древней истории, на этот раз более традиционными и ясными без расшифровки (Фабриций, не воспользовавшийся предложением перебежчика от Пирра, и Александр, отвергший помощь «Бесса и Набарзана, Дариевых изменников»).92 89 Из собранного Т. С. Майковой материала видно, что Петр неоднократно вписывал в текст «Гистории свейской войны» пассажи и формулировки, акцентирующие «обман» шведов и нарушение ими правил ведения войны (Майкова 1973, 116; 120; 123). Ср., напр., его правку в сообщении о том, как после взятия Выборга шведский гарнизон был задержан «за многия с неприятелской стороны неправды против его Царского Величества»; вместо последних слов Петр поставил «…против обычая всех христиан воюющихся» (Там же, 116). 90 ПБП IX (2), 911. 91 Феофан 1961, 57. 92 А. Е. Трофимов неожиданно определяет эти примеры как имеющие «отрицательную оценочную коннотацию», что, в частности, позволяет ему сделать общий вывод об отвращении от античности и даже «нескрываемом презрении к ней», которое будто бы проявляется в проповедях полтавских панегиристов, написанных в конце 1710-х гг. и посвященных годовщинам победы, по сравнению с их же текстами 1709 г. (Трофимов 2021, 29–33); между тем отрицательный пример древних перебежчиков есть в то же время и положительный пример Александра и Фабриция. Так и цитату из той же проповеди Феофана: «Неприятель наш начаялся одним своим замахом все дело совершити, начаялся силу российскую в малом времени испразднити, начаялся скоро величавое оное Иулиа кесаря воспети торжество: “приидох, видех, победих”» (Феофан 1961, 54), – на наш взгляд, некорректно резюмировать словами «Феофан, сравнивая неприятеля 188 Подобное применение греко-римского материала у Феофана не ограничивается разобранными выше примерами. Так, когда в том же «Панегирикосе», заводя речь об экономике войны, он не только упоминает, но и толкует восходящее к Цицерону (Phil. 5, 5) изречение «belli nervus pecunia» («Не всуе бо искусныи во воинстве мужие изобилие и богатство жилою воинства нарицают; ибо яко же жилы, связующе составы тела, укрепляют тело, тако и богатством и собираются многий, и собранный удоб содержатся вой, еже есть крепкий союз всего воинскаго состава»; 26), то встраивается в полемику об этом знаменитом афоризме, который широко обсуждался в политической науке от Маккиавелли до Юста Липсия – причем предметом дискуссий стала не только справедливость самого тезиса, но и интерпретация слова nervus.93 В целом мы надеемся, что даже этот далекий от полноты анализ способен показать несостоятельность шаблонного подхода, согласно которому Феофан-проповедник был будто бы вынужден прятать свою начитанность в древних авторах перед лицом непривычной к ним аудитории.94 Насколько новым был этот подход к античным параллелям, показывает уже то, как он был воспринят современником. Гавриил Бужинский, человек «партии Феофана», близкий к нему по взглядам и устремлениям, переводчик Эразма и Пуфендорфа, в своем «Слове благодарственном Богу Триипостасному о полученной победе над Каролом королем шведским и войски его под Полтавою» к десятилетней годовщине сражения почти дословно подхватывает инвенцию Феофана, однако погружает ее в традиционный апокалиптический контекст: с Юлием Цезарем, наделяет последнего негативной коннотацией» (Трофимов 2021, 31–32): эта оценка затрагивает исключительно Карла XII, который попытался подражать великому образцу с негодными средствами, и на Цезаря никак не переносится. 93 См., напр., специальную диссертацию: Stürmer 1703. В том же историко-политическом аспекте трактуется в «Панегирикосе» и exemplum из истории Нового времени, а именно рассказ об ответе турецкого султана польским послам, приписанный Феофаном Герберштейну (25; разбор этого пассажа: Brogi Bercoff 2009/2010, 213–214). 94 См., напр.: «Teofan’s sermons were not the place where his Classical education showed. One could speculate that his Russian audience was unprepared to hear pagan authors quoted, and he was politic enough not to try» (Okenfusss 1995, 115). 189 «К сему же кую тяжесть содела треклятый изменник Мазепа <…>; змий сей ниже бо человеческаго воспоминания достоин есть, аки оний апокалиптический третию часть звезд с собою отторже; тамо трудность бяше превелия, внийде в Малую Россию неприятель, едва не вси ему приятни, едва не вси доброхотни, прелщенные изменником; внидоша полки Российския, и трудно было аки в нощи темной познати, кто друг, кто недруг <…>; в то время развергл был уста своя Лев свейский, всех хотя поглотити.95 Гомилетическое наследие Гавриила Бужинского, который в 1718– 1721 гг. был обер-иеромонахом флота и одним из официальных проповедников петровских побед (пять его проповедей были по распоряжению царя напечатаны), показательно для нашего рассмотрения и в целом. Если в петербургских панегирических проповедях Феофана по сравнению с киевскими число античных отсылок заметно снижается, то Гавриил прибегает к ним на всем протяжении своей карьеры, зачастую в виде пространных дословных цитат – однако делает это в чрезвычайно своеобразном духе. Число древних авторов, из которых он черпает, впечатляюще велико; впрочем, сплошь и рядом классическая эрудиция Гавриила на поверку оказывается заемной, т. е. демонстрирует зависимость от антологий и сборников цитат. К примеру, Гавриил дважды превращает Диогена Лаэртия из источника в персонажа нравоучительного анекдота, на самом деле относящегося к Диогену-кинику,96 Митридата включает в перечень героев, отдавших жизнь за отечество,97 а цитату Catull. 5, 4–6 вводит словами «Катулл такожде ко Лесвию», изобличая тем самым, что стихотворения целиком он не читал.98 Несколько раз Гавриил сам называет свой «вторичный» источник: так, для ответа Креза Камбизу99 это не Геродот (3, 34), но «Эразм Ротеродам в книзе Апофтегматов 6» (т. е. 6, 109), а для ответа Антигона II кормчему100 – не Плутарх (Reg. et imp. apophth. Гребенюк 1979, 253. Гавриил 1901, 6; 223: «аще бы ты тако обедал еси, не бы тако вечерял еси» (ср. Diog. Laert. 7, 2, 50). 97 Там же, 442. 98 Там же, 547–548. О судьбе этих трех катулловских строк, которые, «выделившись из оригинального контекста, приобрели в европейской литературе эпохи барокко <…> совершенно самостоятельное звучание», и об их примечательной рецепции в «Поэтике» Феофана Прокоповича см.: Аверина 1999, 85 слл. 99 Гавриил 1901, 98. 100 Там же, 231. 95 96 190 183D; De laud. ipsius 545B; Pelopid. 2), но «историк Тунинг». Эта последняя отсылка – ложная, и она выдает Гавриила с головой: в «Apophthegmata Graeca, Latina, Italica, Gallica, Hispanica» (1609) лейденского ученого юриста XVI–XVII вв. Герарда Тунинга сентенции Антигона нет, зато она есть в «Novissimum historiae quattuor mundi monarchiarum <…> compendium» (1-е изд. – 1709) немецкого католического писателя Себастьяна Генриха Пенцингера, причем помета «Tuning. Apoрh.» стоит на полях его книги напротив последней строки предыдущего примера.101 «Компендиум» Пенцингера по замыслу частично схож с упоминавшимся выше «Феатроном» Стратемана, но в еще большей мере практически ориентирован: это грандиозный справочник-конструктор по всемирной истории, отсортированный по именам, эпохам и темам и предназначенный для нужд католических проповедников, которым приходится, толкуя о монархах, приводить исторические exempla. Гавриил Бужинский, в предисловии к переводу «Феатрона» красноречиво высказывавшийся о пользе такого рода сочинений,102 сколько можно судить, постоянно обращался к Пенцигеру при составлении своих проповедей: чтобы ограничиться только одним примером, укажем, что знаменитый перечень девизов в конклюзии «Слова о победе, полученной у Ангута» (1719)103 целиком позаимствован им из того же источника.104 С другой стороны, знание Penzinger 1711, 710. «…Не что иное есть, токмо наставление во истории юным, прочетшым же истории всегдашнее прочтенных оглавление: многих книг не имущым краткая вивли- офика, имущым же многия во изобретение в них содержимых скорый указатель и изъявитель» (Феатрон 1724, л. 1 об.). 103 «Различния римскии императоры имеяху символы, Октавиан: не скоро поспешай. Тит Веспесиан: властитель благий любовь мира. Каракалла: все спасение во оружии. Пертинакс: воинствуим. Септимий Север: труждаимся. От христианских же императоров Константина Великаго: не уврачеванная язва мечем да отсечется. Феодосия Третияго: терпение врачевство злых. Но и недавных Римских, Леополд имеяше символ: советом и прилежанием. Иосиф сын его: любовию и страхом…» (Гребенюк 1979, 233). О смысле и значении этого пассажа см.: Погосян 2001, 271–272. 104 Penzinger 1711, без паг., перед стр. 1. В каталоге библиотеки Гавриила (где нет ни Афинея, ни Диогена Лаэртия, ни Катулла, ни многих других «нешкольных» авторов, которых он цитирует в проповедях) отмечены три различных пособия для проповедников, принадлежащие перу Пенцингера, а еще одна его книга описана без названия – «Автора Пензингера в полд<есть>» (Описание документов 1903, 824, 843, 847). 101 102 191 античности у Гавриила имеет и индивидуальные сильные стороны, не зависящие от цитатников – таков, например, его интерес к медицинским авторам105 или вкус к антикварному объяснению реалий древнего быта.106 По сравнению со Стефаном и даже Феофаном Гавриил чрезвычайно редко прибегает к мифологическим сюжетам;107 не привлекают его, в отличие от Феофана, и продуманные историко-политические аналогии.108 Тот способ о бращения с античными exempla, который Таково анатомически обстоятельное, с отсылками к Галену, уподобление множества органов человеческого тела не менее чудесному обилию благодеяний Божьих (Гребенюк 1979, 244–245; слово к Полтавской годовщине 1719 г.), а также детальная постановка диагноза евангельскому расслабленному, вновь со ссылками на античные авторитеты (Гавриил 1901, 564–565; слово к той же годовщине 1725 г.). Осведомленность Гавриила в медицинских материях проявилась и в приписке к одной из его проповедей: «Haec concio non dicta propter infirmitatem spuriae pleuritidos, quae accidit mihi 21 <Martii>» (Там же, 527). 106 См., напр.: Там же, 31–32 (рассказ об экзотическом пиршественном обычае, почерпнутый из Афинея); 100–101 (описание лампадодромии); 520 (разъяснение, что древние занимались геометрией на песке). В упомянутом выше каталоге библиотеки Гавриила обращают на себя внимание компендиумы Г. Киппинга и Ф. Хильдебранда по римским древностям (Описание документов 1903, 836–837). 107 Таковы Мидас и Фаэтон, которые в проповеди на десятую годовщину битвы при Лесной (1718) иллюстрируют слепоту людских молений (приведем отрывок целиком в силу его характерности: «И аще и не подобало бы мне на сем месте святом о баснех воспоминати еллинских, но понеже и басни суть не всегда ложь, но иногда образ истины: часто мы просим тако, яко оный Мидас (de quo recitetur fabula), или Фаетон (breviter hic fiat narratio)»; Гавриил 1901, 257); несколько рискованное сравнение матери богов Цибелы с Екатериной (Там же, 277); новелла о любви к родному краю, проявленной Улиссом на острове Калипсо (Там же, 437) – со ссылкой на гомеровский источник, но показательным образом без упоминания «дыма отечества», который войдет в русскую риторико-поэтическую традицию лишь ближе к концу XVIII в. (см.: Корешков, Зельченко 2010, 493–501). По-настоящему эмблематический античный образ встречается в обширном корпусе изданных проповедей Гавриила лишь единожды, применительно к Гангутской победе: «Удивился, мню, Нептун, егда выникнув из пучин морских и позрев на сию акцию» (Там же, 444). Засвидетельствован у него и евгемеристский мотив: мифологические герои древних – Геракл, Кастор и Поллукс, Вакх – это не более чем обожествленные благодарными потомками храбрецы (Там же, 95). 108 К их числу можно отнести лишь сравнение Екатерины с Агриппиной Старшей и Ливией (Там же, 276; ср. 495–496) и параллель с Пуническими войнами, доказывающую ключевую роль флота в военных победах: «дотоле одолеваху Карфагени Римляном, донележе онии флот имели, Римляни же сего лишенны были» (Там же, 447). Контраст между стратегиями Феофана Прокоповича и Гавриила Бу105 192 практикует Гавриил, отличается от эмблематических аллегорий Стефана, и от феофановского «историзма». Способ этот можно назвать сугубо литературным: развернутые примеры призваны сообщить слушателям необходимую эмоцию,109 зачаровать их длинными выписками из поэтов (которые переводятся на удивление точно и при этом художественно)110 либо оттенить мысль тонким и поучительным анек- жинского особенно отчетлив, когда они трактуют один и тот же сюжет: к примеру, в похвальном слове на день рождения Петра Петровича, младшего сына царя, Феофан, доказывая превосходство наследственной монархии над иными формами правления и, опять-таки, полемизируя с актуальными политическими мыслителями (см. об этом: Maslov 2014, 27–35), очерчивает историю римского государства (Феофан 1961, 40), а Гавриил подбирает exempla, демонстрирующие, что истинным памятником великим мужам древности стали их сыновья (Гавриил 1901, 98–101). 109 Таково великолепное, занимающее больше страницы печатного текста сравнение из «Слова в день годищного поминовения… великого государя Петра Великого» (1726): живописец Тиманф искусно представил горе греков в сцене жертвоприношения Ифигении («Калханта печалнаго, Улиссеса скорбящаго, Аякса кричащаго, плачущаго Менелая, иного омлевающаго, другаго очеса своя отвращающаго»), однако не сумел изобразить лицо Агамемнона, отца обреченной на смерть девушки, и потому заставил его закрыться плащом; так и проповедник не в силах выразить словами печаль России после смерти Петра (Там же: 580–581). Среди множества античных источников этого рассказа Гавриил, как очевидно из текста, следует Валерию Максиму (8, 11, ext. 6: cum Calchantem tristem, maestum Ulixen, clamantem Aiacem, lamentantem Menelaum…), однако дополнительно расцвечивает его. 110 Ср., напр.: «Силныи происходят от силных; ест в телцах, ест и в конех отеческая добродетель, ниже мужественныя орлы боязливых раждают голубов» (Там же, 88 = Hor. Carm. 4, 4, 29–32; Гавриил при этом ошибочно ссылается на Катулла) или: «Сенека же обширняе (глаголет. – В. З.): зело дерзновен, который морския воды лукавыя первый лодкою слабою пресекати начал и, зря землю свою назаде остающуюся, жизнь свою легким вверил ветром и, сумнительным рассекая море течением, возмогл тонкому верити древу, между пути смерти и жизни» (Там же, 445 = Sen. Med. 301–308). Коснувшись перевода античных поэтических текстов в панегирической литературе петровской эпохи, упомянем уникальный пример мастерского рифмованного переложения известных стихов императора Адриана Флору, которое вошло в «Политиколепную апофеосис»: «Я не хощу Флорус быти, / По корчмах ся волочити, / Укрыватся по кружалам, / Давать тело клопов жалам» (Тюхменева 2005, 186; этот перевод не отмечен в указателе: Свиясов 1998, 359). При этом все другие стихотворные цитаты, которыми пестрит это сочинение, передаются прозой – включая даже эпиграмму Флора, на которую отвечал Адриан, написанную тем же размером в той же стилистике и составляющую в традиции неразрывную пару с нашим стихотворением (Тюхменева 2005, 186). К изучению 193 дотом.111 Недаром излюбленными героями античных параллелей Гавриила становятся Сократ, Платон, Аристотель и другие мудрецы, а в центре большинства этих параллелей помещается не статичная эмблема и не динамичное историческое событие, но apte dictum, т. е. эффектное изречение, произнесенное кем-то из великих в определенной ситуации и наделяемое универсальным смыслом. Античные аллюзии, наравне с библейскими, сопровождали битву при Полтаве от самого ее завершения: еще не покинув поля боя, Петр вспомнил о Фаэтоне.112 То, как выстраивали затем систему мифологических и исторических параллелей петровские панегиристы, демонстрировало разные возможности осмысления современности через античность, с разными целями и установками – от (будто бы) чисто пропагандистских до (будто бы) чисто художественных. Анализ этих параллелей, как представляется, способен подтвердить правоту заголовка не раз упоминавшейся выше статьи Джованны Броджи Беркофф – «Poltava: A Turning Point in the History of Preaching». единичных стихотворных переводов цитат из античных поэтов у восточнославянских авторов XVII–XVIII в. и возможных мотивов, обусловивших переводческий выбор в каждом из этих случаев, см. замечательную работу: Костин 2020. 111 Ср. прихотливо вписанный в проповедь на день празднования св. Александра Невского сюжет об Аристиппе, выбравшемся после кораблекрушения на неизвестный берег (Vitruv. praef. 6, 1 et al.): «…между сим увидел Аристипп на песку начертанныя неким фегуры геометрическия, якоже тогда на песке учащимся начертавати обычай бяше, и абие воскликну ко другом: не отчаявайтеся, рече, ибо и зде следи людей вижду! Начертил в тако мрачныя и скорбныя времена Александер Святый на брезех Невских фегуру преславныя победи, и сим обявил всему миру, яко суть в России и будут человецы, таковыми же следами в надежде Божией шествующии преславныи победители» (Гавриил 1901, 520; даваемая при этом Гавриилом ссылка на Диогена Лаэртия ошибочна, хотя и объяснима). 112 См. выше прим. 48. Напротив, другой «античный полтавский мотив», а именно восходящие к П. Н. Крёкшину слова коменданта Полтавской крепости А. С. Келина, которые он будто бы произнес, приветствуя царя после победы – «Вниди храбрейши<й> Александра, милостивейши<й> Веспасиана, премудрейший Соломона...» и т. д. (Баиов, Юнаков 1909, 290), – необходимо отклонить за недостоверностью: Кротов 2018, 226–229; см. также наст. изд., гл. I, разд. 7. 194 Литература Аверина Т. Б. Переложение Катулла в трактате Феофана Прокоповича «De arte poetica». В сб.: З. М. Петрова (ред.) Очерки по исторической лексикологии русского языка: Памяти Ю. С. Сорокина. СПб., 1999, 83–88. Автухович Т. Е. Прокопович Елисей (Елиазар). Словарь русских писателей XVIII в. Вып. 2. СПб., 1999, 488–496. Агеева О. Г. Семь триумфальных врат. Празднества славной Полтавской баталии при Петре Великом. Родина 2009, 7, 82–84. Айдунова Т. Ю. Петр I в либеральном дискурсе России второй половины XIX ‒ начала XX в. Вестник Нижневартовского ун-та. 2019, 3, 122–129. Алексеев А. Ю. Золото скифских царей в собрании Эрмитажа. СПб., 2012. Алексеев А. И. Аврамов. Православная энциклопедия I, 2002, 181– 182,https://www.pravenc.ru/text/62976.html (16.11.2022) Алексеева Е. М. Античные бусы Сев. Причерноморья. М., 1975. Алексеева М. А. Гравюра петровского времени. Л., 1990. Альбина Л. Л. Источники «Истории Российской при Петре Великом» Вольтера в его библиотеке. В сб.: Л. Л. Альбина и др. (ред.) Проблемы источниковедческого изучения рукописных и старопечатных фондов. Вып. 2. Л., 1980, 154–170. Андросов С. О. Скульптура Летнего сада (проблемы и гипотезы). В сб.: Б. В. Сапунов. И. Н. Уханова (ред.) Культура и искусство России XVIII века. Новые материалы и открытия. Л., 1981, 44–58. Андросов С. О. История «Венеры Таврической». Музей. Художественные собрания СССР 1987, 8, 122–133. Андросов С. О. Итальянская скульптура в собрании Петра Великого. СПб., 1999. Андросов С. О. Античные мифы в камне и бронзе. Петербургская городская скульптура. Справочник-путеводитель. СПб., 2003 (a). Андросов С. О. Петр Великий как коллекционер изобразительного искусства. В сб.: М. Б. Пиотровский (науч. ред.) Основателю Петербурга: каталог выставки в ГЭ 31.05–31.08.2003. СПб., 2003 (b), 216–231. Андросов С. О. Коллекция скульптуры Петра Великого: реальная и возможная. В сб.: Н. Ю. Гусева и др. (науч. ред.) Основателю Петербурга: материалы конф. к 300-летию основания Санкт-Петербурга. СПб., 2003 (c), 24–34. Андросов С. О. Петр Великий и скульптура Италии. СПб., 2004. Андросов С. О. От Петра I до Екатерины II. Люди, статуи, картины. СПб., 2013 (a). Андросов С. О. Дополнения к каталогу скульптурной коллекции Петра Великого. Труды ГЭ 70: Петровское время в лицах: К 400-летию Дома Романовых (1613–2013). СПб., 2013 (b), 62–72. 468 Андросов С. О. «Венера Таврическая»: как создавалась легенда. Труды ГЭ 73: Петровское время в лицах-2014. К 300-летию победы при Гангуте (1714–2014). 2014, 73, 52–56. Аннушкин В. И. Текстология и содержание сочинения Софрония Лихуда «О риторической силе» (1698). Материалы научной конференции «Вто- рые Лихудовские чтения», Великий Новгород, 24–26 мая 2004 года. Ве- ликий Новгород, 2009, 30–42. Анисимов Е. В. (cост., комм.) Петр Великий. Воспоминания, дневниковые записи, анекдоты. СПб., 1993. Анисимов Е. В. Императорская Россия. СПб., 2008. Анисимов Е. В. Миф великой виктории: Полтава в русском сознании и коллективной памяти. Родина 2009, 7, 50–55. Анисимов Е. В. Речь Петра Великого на Полтавском поле в 1709 году (к анализу источников). В сб.: Седов П. В. (отв. ред.). Новгородская земля, Санкт-Петербург и Швеция в XVII–XVIII вв.: Сборник статей к 100-летию со дня рождения И. П. Шаскольского. СПб., 2018, 67–94. Анисимов Е. В. Itinera Petri: Биохроника Петра Великого (1672–1725 гг.): https://spb.hse.ru/humart/history/peter/ (= Анисимов, Биохроника). Аннушкин В. И. Русская риторика: Исторический аспект. М., 2003. Артамонов М. И. Сокровища скифских курганов в собрании Государственного Эрмитажа. Прага–Л., 1966. Артамонов М. И. Сокровища саков. М., 1973. Артемьева Т. В. Российская история эпохи Просвещения в образах и эмблемах. Журнал интегративных исследований культуры 2019, 1, 67–77. Архипов Н. И., Раскин А. Г. Петродворец. Л.–М., 1961. Архипов Н. И., Раскин А. Г. Бартоломео Карло Растрелли. Л.–М., 1964. Астров Н. Первоначальное образование Петра Великого. Русский Архив 1875, вып. 8–10, 470–488; 90–105; 212–217. Ауэрбах Э. Историческая топология. Пер. с нем., предисл. Д. С. Колчигина. М., 2022. Бабичев Н. Т., Боровский Я. М. Словарь латинских крылатых слов. М., 1982. Баиов А. К., Юнаков Н. Л. (изд.) Дневник пребывания Царя в Воронеже. Дневник военных действий Полтавской битвы. Труды Русского военно-исторического общества III. СПб., 1909, 246–315. Балдина О. Д. Русские народные картинки. М. 1972. Барсов П. (изд.) Записки Вебера. Ч. 1. Русский архив 1872, 6, 1057–1168. Бегунов Ю. К. Копиевский Илья Федорович. Словарь русских писателей XVIII века. Вып. 2. СПб., 1999, 122–123. Белобородов С. А. Русские службы Н. Г. Спафария-Милеску. Диалог со временем 2020, 73, 242–253. 469 Белоброва О. А. К изучению «Книги избранной вкратце о девятих мусах и о седмих свободных художествах» Николая Спафария. ТОДРЛ 1976, 30, 307–317. Белокуров С. (изд., комм.) Известие истинное православным и показание светлое о новоправлении книжном и о прочем. [Соч.] Сильвестра Медве- дева. М., 1886. Берков П. Н. Русские – новолатинские и греческие поэты XVII–XVIII вв. (период первый – с 30-х годов XVII в. по 30-е годы XVIII в.). Annuaire de l’Institut de philologie et d’histoire orientales et slaves 1968, 18, 14–54. Берхгольц Ф. В. Дневник камер-юнкера Ф. В. Берхгольца 1721–1725. Пер. с нем. И. Ф. Аммона. М., 1902. Благой Д. Д. История русской литературы XVIII века. М., 1945. Боброва Е. И. Библиотека Петра Первого. Указатель-справочник. Л., 1978. Бобровский П. О. Адам Адамович Вейде, один из главных сотрудников Петра Великого и его устав 1698 года. Казань, 1887. Богданов А. П. (ред., подг. текста, предисл. и коммент.) Памятники общественно-политической мысли в России конца XVII века: Литературные панегирики. Т. 2. М., 1983. Богданов А. П. (ред.). Стих торжества: рождение русской оды, последняя четверть XVII– нач. XVIII века. М. – Берлин, 22020. Богословский М. М. Петр I. Материалы для биографии. Т. I–V. Л., 1940–1948. Богоявленский С. К. Московский театр при царях Алексее и Петре. М., 1914. Бодянский О. М. Источники Малороссийской истории, собранные Д. Н. Бантыш-Каменским и изданные О. Бодянским. Ч. 2: 1691–1722 гг. Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских 1859, 1 (янв.–март), 1–340 (2-й паг.). Бородкина Н. Н. Петровская эпоха в церковной публицистике начала XVIII века: Хрестоматия. Саратов, 2013. Бороздин А. К., Селлий А. Б. Русский биографический словарь: в 25 т. Изд. под наблюдением пред. имп. Русского исторического общества А. А. Половцова. Сабанеев–Смыслов. СПб., 292. Брагоне М. К. К истории русского Эзопа на рубеже XVII и XVIII веков. В кн.: Н. Ю. Алексеева, Н. Д. Кочеткова (ред.) Litterarum fructus. Сборник статей к 60-летию С. И. Николаева. СПб., 2012, 75–87. Браиловский С. Н. Один из пестрых XVII-го столетия. СПб., 1902. Брикнер А. Г. История Петра Великого. Т. I–II. СПб., 1882. Броджи-Беркофф Дж. Заметки Стефана Яворского на полях принадлежащих ему книг. ТОДРЛ 2006, 57, 303–311. Бруин К. де. Путешествие через Московию Корнилия де Бруина. Пер. с франц. П. П. Барсова, проверенный по голл. подлиннику О. М. Бодянским. М., 1873. 470 Будный Б. Кратких витиеватых нравоучителных повестей книги три (пе- ревод с польского на словенский). М., 1711. Буланин Д. М. Древняя Русь. В кн.: Ю. Д. Левин (ред.) История русской переводной художественной литературы. Древняя Русь. XVIII век. СПб., 1995, 17–73. Буранок О. М. Феофан Прокопович и историко-литературный процесс первой половины XVIII века. М., 22014. Бухаркин П. Е. и др. (науч. ред.) Риторика М. В. Ломоносова. СПб., 2017. Быкова Т. А. Первые печатные источники о Полтавской победе. В сб.:Бескровный Л. Г. и др. (ред.) Полтава: К 250-летию Полтавского сражения. М., 1959, 351–358. Быкова Т. А., Гуревич М. М. Описание изданий гражданской печати: 1708 – январь 1725 г. М. – Л., 1955. Бычков А. Ф. (ред.). Материалы Военно-ученого архива Главного штаба. Т. I. СПб., 1871. Вагеманс Э. Царь в Республике: Второе путешествие Петра Великого в Нидерланды (1716–1717). Пер. с нидерл. СПб., 2013. Вагнер Г. К. Судьбы образов звериного стиля в древнерусском искусстве. В кн.: А. И. Мелюкова, М. Г. Мошкова (отв. ред.) Скифосибирский звериный стиль в искусстве народов Евразии. М., 1976, 250–257. Вальдгауер О. Ф. Античная скульптура. Петроград, 1923. Васильев В. Н. Старинные фейерверки в России (XVII – первая четверть XVIII века). Л., 1960. Верховской П. В. Учреждение Духовной коллеги и Духовный регламент. К вопросу об отношении церкви и государства в России: Исследование в области истории русского церковного права. Т. I–II. Ростов-на-Дону, 1916. Вилья С. М. Философия международного права: Суарес, Гроций и эпигоны. [Пер. с исп.] Журнал Международного Красного креста 1997, 320, 66–77. Вознесенская И. А. Новые материалы для биографии Алексея Барсова. Чтения памяти профессора Николая Федоровича Каптерева. Материалы. М., 2003, 12–15. Вознесенская И. А. Греческие школы Иоанникия и Софрония Лихудов в начале XVIII в. Дисс. канд. ист. наук. М., 2004 (ИИ РАН, рукопись). Вознесенская И. А. Новгородская школа братьев Лихудов. Новгородский исторический сборник 2005, вып. 10 (20), 205–235. Вознесенская И. А. Рукописные учебники братьев Лихудов начала XVIII века в петербургских хранилищах. ТОДРЛ 2008, 59, 369–375. Вознесенская И. А. Подносные панегирики братьев Лихудов Петру I из собрания БАН. Ученые записки Новгородского гос. ун-та им. Ярослава Мудрого 2020, 5 (30), 1–4. 471 Воскресенский Н. А. Законодательные акты Петра I: Редакции и проекты законов, заметки, доклады, доношения, челобитья и иностранные источники. Т. I. Акты о высших государственных установлениях. Под ред. и с предисл. Б. И. Сыромятникова. М.–Л., 1945. Вощинина А. И. Римский портрет: коллекция Государственного Эрмитажа. Л., 1974. Всеволодский-Гернгросс В. Н. История театрального образования в России. СПб., 1913. Гавриил Бужинский. Проповеди (1717–1727): Историко-литературный материал из эпохи преобразований. Изд. по рукописи МДА Е. В. Петухов. Юрьев, 1901. Гаврилов А. В. Очерк истории С.-Петербургской синодальной типографии. Вып. 1. 1711–1839. СПб., 1911. Гаврилов А. К. Античное наследие в России. В кн.: А. К. Гаврилов. О филологах и филологии. СПб., 2010 (a), 12–32. Гаврилов А. К. История приобретения и каталогизации монетного собрания Г. Людерса. В кн.: А. К. Гаврилов. О филологах и филологии. СПб., 2010 (b), 39–49. Гаврилов А. К. «Академия»: античность, Запад, Россия. Древний мир и мы 2014, 5, 247–279. Гальцин Д. Д., Питулько Г. Н. (сост.). Библиотека Феофилакта Лопатинского (ок. 1680–1741): Каталог. СПб., 2016. Гейченко С. С., Преснов Г. М. К. Б. Растрелли Старший (1670–1744). Каталог произведений выставки. Л., 1939. Герцман Е. В. Энкомий Петру Великому в фондах Российской национальной библиотеки. Россия и Христианский Восток. Вып. 1. М., 1997, 197–206. Гистория Свейской войны: Поденная записка Петра Великого. Сост. Т. С. Майкова; под общ. ред. А. А. Преображенского. Вып. I–II. М., 2004. Глебов И. Историческая записка о Слуцкой гимназии с 1617 до 1901 гг. Вильно, 1903. Голдовский Б. П. Куклы. Энциклопедия. М., 1903. Голиков И. И. Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России, собранные из достоверных источников и расположенные по годам. М., 1788–1789; 21837–1843. Головков В. П. Возрождение живописца Ивана Никитина. СПб., 2017. Горбатенко С. Б. Петергофская дорога. Ораниенбаумский историко-ландшафтный комплекс. СПб., 2001. Гордин Я. Меж рабством и свободой. СПб., 2005. Гордон П. Дневник 1690–1695. Пер. с англ. Д. Г. Федосова. М., 2014. 472 Грабарь И. Э. История русского искусства. Архитектура. Т. III. Петербургская архитектура XVIII и XIX в. М., 1910–1913. [= Петербургская архитектура в XVIII и XIX веках. СПб, 1994, репринтное издание]. Грабарь И. Э. Русская архитектура первой половины XVIII века. М., 1954. Гребенюк В. П. (изд.) Панегирическая литература Петровского времени. М., 1979. Гроций Г. О праве войны и мира. Пер. с лат. А. Г. Саккетти под общ. ред. С. Б. Крылова. М., 1956. Грязнов М. П. Древнейшие памятники героического эпоса народов Южной Сибири. Археологический сборник ГЭ 1961, 3, 7–31. Гудзий Н. К., Гусева В. Е. и др. (изд.) Житие протопопа Аввакума им самим написанное и другие его сочинения. М., 1960. Гузевич Д. Ю. Путевые записки Великой особы (1697–1699). Критическая история публикаций и проблема авторства. Саарбрюкен, 2012. Гузевич Д. Ю., Гузевич И. Д. (= Гузевичи) Великое посольство: рубеж эпох, или Начало пути, 1697–1698. СПб., 2008. Гурвич Г. «Правда воли монаршей» Феофана Прокоповича и ее западноевропейские источники. Под ред. и с предисл. Ф. В. Тарановского. Юрьев, 1915. Густерин П. В. Первый российский востоковед Дмитрий Кантемир. М., 2008. Гуськов А. Г., Майер И. Новые данные о переводчике Посольского приказа Леонтии Гроссе. В кн.: Д. В. Лисейцев и др. (ред.) Переводчики и переводы в России конца XVI – начала XVIII столетия. Материалы международной научной конференции Москва, 12–13 сентября 2019 г. М., 2019, 45–53. Давиденко Д. Г. Воскресенские ворота Китай-города: реконструкция 1680 г. и место памятника в контексте зодчества Московского государства. Вестник сектора древнерусского искусства 2019, 2, 140–155. Давыдова Л. И. Венера Таврическая. Истоки и развитие скульптурного типа. В сб.: А. А. Богданов (отв. ред.) Стефанос. Искусство древности и средних веков. Новые исследования и публикации. СПб., 2001, 89–98. Давыдова Л. И. Греко-римская скульптура в собрании Эрмитажа. СПб., 2020. Двухсотлетие Кабинета Его Императорского Величества. 1704–1904. Историческое исследование. СПб., 1911. Державина О. А. и др. (подг.) Ранняя русская драматургия (XVII – первая половина XVIII в.). Т. 3: Пьесы школьных театров Москвы. М., 1974. Державина О. А. и др. (подг.) Ранняя русская драматургия (XVII – первая половина XVIII в.) Т. IV: Пьесы столичных и провинциальных театров первой половины XVIII в. М., 1975. 473 Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. М., 1982. Дриссен-ван хет Реве Й. Голландские корни Кунсткамеры Петра Великого: история в письмах (1711–1752). Пер. с нидерл. И. М. Михайловой и Н. В. Возненко. Науч. ред. Н. П. Копанева. СПб., 2015. Дубяго Т. Б. Летний сад. М. – Л., 1951. Евсеев В. А., Плюхин Е. В., Раскин А. Г. и др. Монументальная и декоративная скульптура Ленинграда. Л., 1991. Егорова С. К. “Записка путешествия Б. П. Шереметева” как источник по истории формирования частных коллекций. Сб. Президентской библиотеки. Серия «Электронный архив» 2021, 7, 32–41. Егорова С. К. «Здесь в Риме бутто ярмонка на марморы»: Юрий Кологривов и становление русской антиковедческой терминологии. Материалы Чтений пам. И. М. Тронского 2022, 26, 1258–1267. Егорова С. К. Парадиз для Венеры. Philologia Classica. 2020, 15 (2), 277–291. Егунов А. Н. Гомер в русских переводах XVIII – XIX веков. М.–Л., 1964. Ермолаева Е. Л. Греческая «Эпиграмма» братьев Лихудов Петру Первому. Philologia classica 2021, 16/2, 308–321. Живов В. М., Успенский Б. А. Царь и Бог: Семиотические аспекты сакрализации монарха в России. В кн.: Б. А. Успенский. Избранные труды. Т. I. М., 1994, 110–218. Живов В. М., Успенский Б. А. Метаморфозы античного язычества в истории русской культуры ХVII–ХVIII вв. В кн.: В. М. Живов. Разыскания в области истории и предыстории русской культуры. М., 2002, 461– 531. Забелин И. Е. Библиотека и кабинет графа Брюса. М., 1859. Забелин И. Е. Детские годы Петра Великого. В кн.: И. Е. Забелин. Опыты изучения русских древностей и Истории. М., 1872, 5–54. Забелин И. Е. Опыты изучения русской древности и истории. Ч. 2. М.,1873. Заварухина О. А. Венера в Летнем саду и европеизация культуры русского дворянства при Петре I: письма как источник по приобретению Россией античной статуи. Известия высших учебных заведений. СевероКавказский регион. Общественные науки 2018, 4, 65–69. Завитухина М. П. К вопросу о времени и месте формирования Сибирской коллекции Петра I. В кн.: Г. Н. Комелова (научн. ред.) Культура и искусство Петровского времени. Л., 1977, 63–69. Завитухина М. П. Собрание М. П. Гагарина 1716 года в Сибирской коллекции Петра I. Археологический сборник ГЭ. 1977a, 18, 41–51. Загоровский В. П. Петр Великий на Воронежской земле. Воронеж, 1996. Записная книжка любопытных замечаний Великой особы, странствовавшей под именем Дворянина Российского Посольства в 1697 и 1698 году. СПб., 1788. Знаменский П. В. Духовные школы в России до реформы 1808 г. Казань, 1881. 474 Зорин А. Л. Кормя двуглавого орла... Литература и государственная идеология в России в последней трети XVIII – первой трети XIX века. М., 2004. Ипполитов А. В. Просто Рим. М., 2019. Искюль С. Н. Визит Петра I в Берлин по воспоминаниям прусской принцессы. Труды ГЭ 73: Петровское время в лицах–2014. Материалы научной конференции «К трехсотлетию победы при Гангуте (1714–2014». СПб, 2014, 188–195. Исаева Е. И. Букварь царевича Алексея Петровича. М., 2018. Кагарлицкий Ю. В. Риторические стратегии в русской проповеди переходного периода. 1700–1775. Дисс. канд. филол. наук. М., 1999. Калугин В. В. «Книга св. Августина» в русской письменности XVI–XIX веков. Лингвистическое источниковедение и история русского языка 2001, 108–163. Калязина Н. В., Комелова Г. Н. Русское искусство Петровской эпохи. Л., 1990. Калязина Н. В., Дорофеева Л. П., Михайлов Г. В. Дворец Меншикова. М., 1986. Каминская А. Г. К истории приобретения статуи Венеры Таврической. Проблемы развития русского искусства. 1981, 14, 7–18. Каминская А. Г. Ю. И. Кологривов и его участие в создании первых коллекций скульптуры в Петербурге. Музей. Художественные собрания СССР. 1984, 5, 136–151. Кантемир С. Петру Первому пресветлейшему и державнейшему, благочестивейшему, победителю, и всемилостивейшему императору. Панегирические всесожжение. СПб., 1714. Каплун М. В. К вопросу о западноевропейских истоках первых русских комедий (по материалам Посольского приказа второй половины XVII в.). Вестник Томского гос. ун-та 2020, 451, 28–33. Кареева Н. Д. Летний дворец Петра I. Реставрация. В сб.: Е. Ю. Станюкович-Денисова, С. В. Мальцева (ред.) «Мощно, велико ты было, столетье!»: Сборник научн. статей, посвященный юбилею Т. В. Ильиной. (Труды исторического факультета. Вып. 20.) Санкт-Петербург, 2014, 161–163. Кареева Н. Д. Сады Петра I – портрет монарха. Пятый ежегодн. междунар. фестиваль «Императорские сады России». Каталог. СПб., 2012, 36–49. Катифоро А. Жизнь Петра Великого. Изд. подг. Д. Ю. Гузевич, М. Г. Талалай. М., 2022. Кизерицкий Г. Е. Императорский Эрмитаж. Музей древней скульптуры. СПб., 1901. 475 Киреевский И. В. О характере просвещения Европы и о его отношении к просвещению России. (Письмо к Е. Е. Комаровскому). М., 1852. Киреевский И. В. Разум на пути к истине. М., 2002. Кириллов В. В. Архитектура Москвы на путях европеизации: От обновлений последней четверти XVII века к петровским преобразованиям. М. 2000. Киселев М. А. Плутарх при дворе царя: «Гражданство» Симеона Полоц- кого и легализм в России накануне Петровских реформ. Диалог со временем. 2020, 73, 36–48. Киселева М. С. Интеллектуальный выбор России второй половины XVII – начала XVIII века: От древнерусской книжности к европейской учености. М., 2011. Киселева М. С. Священная и гражданская история в контексте книжной барочной проповеди: К вопросу об истоках исторического знания в России. Vox 2014, 17 (дек.), 1–20, сетевое изд.: http://www.intelros.ru/ pdf/vox/2014_17/Vox17-KiselevaMS.pdf (5.09.2022). Киселева М. С. Орация при поднесении царевне Софии Алексеевне книги Блаженного Августина “Боговидная любовь”. Вестник ПСТГУ. Серия II: История. История Русской Православной Церкви. 2016, 5 (72), 99–115. Клейн И. Пути культурного импорта: Труды по русской литературе XVIII века. М., 2005. Клепиков С. А. Русские гравированные книги XVII-XVIII вв. Книга. Исследования и материалы. Сб. 9. М., 1964, 141–177. Клещевич О. В. Алхимический «образ мира» в аллегорической программе петергофского садово-паркового ансамбля. В кн.: Е. А. Бобринская и др. (сост.) История искусства и отвергнутое знание: от герметической традиции к XXI веку. Сборник статей Гос. ин-та искусствознания. М., 2018, 151–164. Ключевский В. О. Западное влияние в России после Петра (лекции 1890– 1891), в cб.: В. О. Ключевский. Неопубликованные произведения. М., Наука, 1983, 11–112. Ключевский В. О. Собрание сочинений в 9-ти томах. Под. ред. В. Л. Янина. М., 1987–1990. Ковалев М. В., Мезин С. А. Евгений Францевич Шмурло и изучение Петровской эпохи. В кн: Е. Ф. Шмурло. Вольтер и его книга о Петре Великом. Подг. текста М. В. Ковалева и А. Е. Кулакова. СПб., 2021, 3–38. Козловский И. П. Андрей Виниус, сотрудник Петра Великого (1641–1717 г.) СПб., 1911. Колесов В. В. Древняя Русь: наследие в слове. Добро и Зло. СПб, 2001. Комашко Н. И. Живописец Богдан Салтанов в контексте художественной жизни Москвы второй половины XVII века. Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2003, 2, 44–54. 476 Комашко Н. И. Нарыков, в кн.: И. А. Кочетков (ред.) Словарь русских иконописцев XI–XVII веков. М. 2009, сетевое изд.: http://rusico.indrik.ru/ artists/n/narikov_stefan_dovmentiev/index.shtml? adm=36be008edeb48f 3ba3eab5a1283c3ce7 (22.08.2022). Кондаков Н. П. Очерки и заметки по истории средневекового искусства и культуры. Прага, 1929. Коренцвит В. А. Летний сад Петра Великого. Рассказ о прошлом и настоящем. СПб, 2015. Корешков К. С., Зельченко В. В. «Дым отечества» от Гомера до Грибоедова. В сб.: В. Е. Багно (отв. ред.) Русская судьба крылатых слов. СПб., 2010, 461–502. Королев А. В., Позднев М. М. Рельефы Летнего дворца: раннее воплощение русской античности. Philologia Classica. 2020, 15 (2), 292–321. Королькова Е. Ф. Властители степей. СПб., 2006. Костин А. А. Фрагментарный перевод и ценность поэзии: Ранние восточнославянские стихотворные переводы из Гомера. Philologia classica 15/1, 2020, 120–153. Костина Т. В. Пространство Академических гимназии и университета: материалы к истории. 1724–1805 гг. Клио 2013, 10 (82), 6–15. Костина Т. В. Пространство Академических гимназии и университета: от Петровской набережной до университета. Санкт-Петербургский филиал архива РАН, сетевое изд.: http://ranar.spb.ru/rus/books6/id/591 (15.08.22). Кочеткова Н. Д. Ораторская проза Феофана Прокоповича и пути формирования литературы классицизма. В сб.: Г. П. Макогоненко, Г. Н. Моисеева (ред.). XVIII век. Сб. 9: Проблемы литературного развития в России первой трети XVIII века. Л., 1974, 50–80. Крашенинникова О. А. Неизвестная проповедь Стефана Яворского о российском гербе (1702). Культурное наследие России 2015, 2, 29–38. Крекшин П. Н. Записки новгородского дворянина Петра Никифоровича Крекшина [ок. 1742?], в кн. [Н. Сахаров (сост., комм.)] Записки русских людей. События времен Петра Великого. СПб., 1841, ч. 2, 1–128. Кретинин Г. В. Прусские маршруты Петра I. Калининград, 1996. Кросс Э. Английский Петр. Петр Великий глазами британцев XVII–XX вв. Пер. с англ. М. Вишнякова. СПб., 2013. Кросс Э. Эшмолеанский музей (The Ashmolean Museum). Свод Петровских памятников России и Европы. Ин-т. Петра Великого , сетевое изд.: https://petersmonuments.ru/europe/memorials/eshmoleanskiy_ muzey_the_ashmolean_museum_/ (05.07.2021). Кротов П. А. (изд.) Нартов А. А. Рассказы о Петре Великом. По авторской рукописи. СПб., 2001. 477 Кротов П. А. Битва при Полтаве: К 300-летней годовщине. СПб., 2009. Кротов П. А. Полтавская битва: Переломное сражение русской истории. М., 2018. Круглов А. В. Венера Таврическая как греческий подлинник. Горный журнал. Цветные металлы. Черные металлы. Спец. выпуск посвященный ГЭ. 2004, 9–14. Круглов А. В. Венера Таврическая – римская копия или греческий оригинал? В сб.: Е. Н. Ходза (ред.) Эллинистические штудии в Эрмитаже. СПб., 2004, 18–33. Кудрявцев И. М. Издательская» деятельность Посольского приказа. К истории русской рукописной книги во второй половине XVII века. Книга. Исследования и материалы. Сб. 8. М., 1963, 179–244. Кузнецова И. Е. Об источнике «Номенклатора на русском, латинском и немецком языке» Ильи Копиевского. Индоевр. языкознание и классич. филология 2009, 13, 319–325. Кузнецова О. Н. Летний сад и Летний дворец Петра I. (Туристу о Ленинграде). Л., 1973. Кузнецова О. Н., Борзин Б. Ф. Летний сад и Летний дворец Петра I. Л., 1988. Кунсткамера (1714–1836): к 300-летию первого академического музея, сетевое изд.: http://www.ras.ru/kunstkamera/d672e8ff-da7e-4968a23a- efc7d4fc6302.aspx?hidetoc=0 (21.07.2021). Кунсткамеры Габсбургов. Магия природы и механизм Вселенной. Каталог выставки. М., 2005. Кутина Л. А. Феофан Прокопович. Слова и речи: Проблема языкового типа. В сб.: Ю. С. Сорокин (отв. ред.) Язык русских писателей XVIII века. Л., 1981, 7–46. Лазарев В. Н. Микеланджело. Жизнь. Творчество. М., 1964. Лансере Н. Е. Летний дворец Петра Первого. Л., 1929. Лаптева Т. А. К биографии агента Петра I в Риме Ю. И. Кологривова 1719–1727 гг. Исторический архив 2011, 6, 179–187. Лахманн Р. Демонтаж красноречия: Риторическая традиция и понятие поэтического. Пер. с нем. Е. Акерман и Ф. Поляковой. СПб., 2001. Лебедева И. Н. Библиотека Петра I. Описание рукописных книг. СПб., 2003. Лебедева И. Н. Личная библиотека царя Федора Алексеевича. В сб.: А. А. Зайцева, Н. П. Копанева, В. А. Сомов (ред.) Книга в России XVIII – сер. XIX в. Из истории Библиотеки Академии наук. Л., 1989, 84–90. Левинсон К. А., Куровская Ю. Г., Безрогова В. Г. и др. Школьные пособия раннего Нового времени. От Часослова к Orbis sensualium pictus. М., 2017. 478 Левинсон-Лессинг В. Ф. Первое путешествие Петра I за границу. В кн.: Г. Н. Комелова (научн. ред.), Культура и искусство петровского времени. Л., 1977, 5–36. Леонтьев П. Венера Таврическая. В сб.: П. Леонтьев (ред.) Пропилеи. Сборник статей по классической древности, издаваемый П. Леонтьевым. Книга 1. М., 1856, 125–134. Либуркин Д. Л. Русская новолатинская поэзия: Материалы к истории. XVII – первая половина XVIII века. М., 2000. Лихачев Д. С. Петровские реформы и развитие русской культуры, в сб.: Д. С. Лихачев. Прошлое – будущему: статьи и очерки. Л., Наука, 1985, 382–387. Лукьянов С. А. Веротерпимость в России Петровской эпохи. Вестник Московского ун-та МВД 2008, 7, 162–165. Луппов С. П. Книга в России в первой четверти XVIII в. Л., 1973. Луппов С. П. Книга в России в послепетровское время (1725–1740). Л., 1976. Луцевич Л. Ф. Проблема художественного вымысла в трактате Феофана Прокоповича «De arte poetica». В сб.: Г. Г. Ермилова (отв. ред.) Факт и художественный образ: Межвуз. сб. научных трудов. Иваново, 1989, 25–34. Любжин А. И. История русской школы императорской эпохи. Т. 1. Кн. 1. Москва, 2014. Люлина Р. Д., Раскин А. Г., Тубли М. П. Декоративная садово-парковая скульптура Ленинграда, состоящая под государственной охраной. Каталог. Л., 1977. Люстров М. Ю. Русско-шведские литературные связи в XVII–XVIII в. Герменевтика древнерусской литературы. Сб. 13. М., 2008, 13–272. Люстров М. Ю. Война и культура: Русско-шведские литературные параллели эпохи Северной войны. М., 2012. Мавлеев Е. В. Удивительные приключения Венеры в России. В кн.: Е. В. Мавлеев (науч. ред.) Санкт-Петербург и античность. СПб., 1993, 108–121. Майков Л. Н. (Изд.) Рассказы Нартова о Петре Великом. СПб., 1891. Майкова Т. С. Петр I и «Гистория свейской войны». В сб.: Н. И. Павленко (отв. ред.) Россия в период реформ Петра I. М., 1973, 103–132. Малиновский К. В. (сост., пер., комм). Записки Якоба Штелина об изящных искусствах в России. Т. 2. М., 1990. Малкова Е. М. Гераклов узел: об одном декоративном мотиве в ювелирном искусстве (на примере золотых диадем). Археологический альманах 2010, 21, 373–388. Мамонтова М. Г. «Риторика» Софрония Лихуда: история текста, содержание, терминология, стиль. Дисс. канд. филол. н. М., 2013. 479 Манойленко Ю. Е. К истории организации производства артиллерийского вооружения в России в первой четверти XVIII века. История военного дела: исследования и источники 2013, 4, 265–291. Маркевич Н. А. История Малороссии. Т. 4. М., 1842. Маркова Г. А. Большой Кремлевский дворец. М., 1981. Маркова Г. А. Кунсткамеры Европы и Большая Государева шкатула в Московском Кремле. Гос. историко-культурный музей-заповедник “Московский Кремль”. Материалы и исследования. Вып. 18: Декоративно-прикладное искусство Западной Европы. М., 2006, сетевое изд.: https://www.kreml.ru/fi/c5m5/i1213/v18s03_Markova.pdf. Мартынов И. Ф. Три редакции «Службы благодарственной о великой победе под Полтавой». В сб.: Г. П. Макогоненко, Г. Н. Моисеева (ред.) XVIII век. Сб. 9: Проблемы литературного развития в России первой трети XVIII века. Л., 1974, 139–148. Мартюшева Н. А. А. М. Ремизов и Петербург. Восьмые открытые слушания Ин-та Петербурга: Ежегодная конф. по проблемам петербурговедения (6, 8 янв. 2001 г.). СПб., 2001, 84–95, сетевое изд.: https://institutspb.ru/pdf/hearings/0810_Martyusheva.pdf (23.10.2022). Маслов С. И. Библиотека Стефана Яворского. Киев, 1914. Матвеев В. Ю., Тарасова Э. А., Бартоломео Карло Растрелли (1675– 1744). К 300-летию со дня рождения. Каталог временной выставки. Л., 1975. Матвеев Е. М. Русская ораторская проза середины XVIII века (Панегирик в светской и духовной литературе). СПб., 2009. Матонин В. Н., Бедина Н. Н. «Служба благодарственная о великой победе, содеянной под Полтавой». Исторические сюжеты и барочные литературные формы в традиционном богослужебном тексте. Идеи и идеалы 2019, 11 (3), 180–193. Мацулевич Ж. А. Летний сад и его скульптура. Л., 1936. Мезенцева Ч. А. К вопросу влияния гравюры на искусство немецкой плакетки. В кн.: А. С. Кантор-Гуковская и др. (ред.) Западноевропейская графика XIV–XX веков. Л., 1985, 24–39. Мезин С.А. Взгляд из Европы: французские авторы XVIII века о Петре I. Саратов, 2003. Мезин С. А. Петр I во Франции. СПб., 2015. Меншиков А. Д. Письма к князю Дмитрию Михайловичу Голицыну. Сообщены Н. В. Калачевым. Сборник Русского исторического общества. Т. ΧΙ. СПб., 1873, 107–115. Михайлова А. Ф. Трактат братьев Лихудов «О поэтическом или метрическом искусстве». Балканские чтения. ΕΛΛΑΣ. Древняя – Средняя – Новая Греция. Тезисы и материалы симпозиума. М., 1997, 77–79. 480 Мозговая Е. Б. Образ Петра I – императора в произведениях Бартоломео Карло Растрелли. В сб.: Г. С. Кучеренко (ред.) Монархия и народовластие в культуре Просвещения. М. 1996, 3–16. Мозговая Е. Б. Образ Петра I в творчестве Карло Бартоломео Растрелли. Проблемы развития русского искусства 1985, 18, 33–40. Морозов А. А. Метафора и аллегория у Стефана Яворского. В сб.: Алексеев М. П. (ред.) Поэтика и стилистика русской литературы: Памяти акад. В. В. Виноградова. Л., 1971, 35–44. Морозов А. А. Паденье «готфска Фаэтонта»: Ломоносов и эмблематика петровского времени. Československá rusistika 1972, 17, 23–27. Морозов А. А. Эмблематика барокко в литературе и искусстве петровского времени. XVIII век. Сб. 9: Проблемы литературного развития в России первой четверти XVIII века. Л., 1974, 184–226. Морозов П. О. Феофан Прокопович как писатель: Очерк из истории русской литературы в эпоху преобразования. СПб., 1880. Морозов П. О. История русского театра до половины XVIII столетия. СПб., 1889. Мурзанов Н. А. Копиевский. РБС IX, 1903, 245–246. Мышлаевский А. З., Парийский И. В. (изд.) Учение и хитрость ратного строения пехотных людей (1647). СПб., 1904. Мэттингли Г. Монеты Рима: с древнейших времен до падения Западной Империи. [Б.м.], 2005. Мюллер А. П. Иностранные живописцы и скульпторы в России. М., 1925. Мюллер А. П. Быт иностранных художников в России. Л., 1927. Нащокина М. В. Античные мотивы в триумфальных сооружениях Петра Великого в Москве рубежа XVII – XVIII веков. В сб.: Г. Г. Поспелов (отв. ред.) Барокко в России. М., 1994, 100–107. Неверов О. Я. Памятники античного искусства в России Петровского времени. В кн.: Г. Н. Комелова (научн. ред.) Культура и искусство петровского времени. Л., 1977, 37–54. Неверов О. Я. История создания коллекции. В кн.: И. И. Саверкина (ред.) Греческая скульптура V в. до н. э. в собрании Эрмитажа. Л., 1986, 13– 20. Неверов О. Я. Петербургские собрания античных памятников. В кн.: Е. В. Мавлеев (ред.) Санкт-Петербург и античность. СПб., 1993, 39–57. Неверов О. Я. Собиратели редкостей из окружения Петра Великого. В сб.: Н. В. Калязина (науч. ред.) Из истории петровских коллекций: сб. науч. трудов памяти Н. В. Калязиной. СПб., 2000, 129–145. Нетужилов К. Е. Панегирическое богословие: Церковная проповедь первой четверти XVIII века как идеологический инструмент преобразований Петра I. Вестник РХГА 2020, 21 (1), 264–273. 481 Николаев С. И. Об атрибуции переводных памятников Петровской эпохи. Русская литеpaтура 1988, l, 162–171. Николаев С. И. «Повесть о Лукиановом осле» в кругу переводных античных памятников Петровской эпохи. XVIII век. Cб. 17. CПб., 1991, 135– 159. Николаев С. И. Литературная культура Петровской эпохи. СПб., 1996. Николаев С. И. (отв. ред.) Петр I в русской литературе XVIII века. СПб., 2006. Николаев С. И. Польско-русскиелитературные связи XVI–XVIII вв. Библиографические материалы. СПб., 2008. Николаев С. И. Полилингвизм творчества Феофана Прокоповича в науке XX века. Чтения отдела русской литературы XVIII века. Вып. 8. М. – СПб., 2018, 57–64. Николаев С. И. Из комментариев к «Риторике» Феофана Прокоповича («Христианский Вергилий»). В сб.: М. Л. Кисилиер (отв. ред.). Verus convictor, verus academicus: К 70-летию Н. Н. Казанского. СПб., 2022, 564–568. Николаева М. В. Адольский. В кн.: И. А. Кочетков (сост., ред.) Словарь русских иконописцев XI–XVII веков. М., 2003, 32–34. Николози Р. Петербургский панегирик XVIII века: Миф – идеология – политика. Пер. c нем. М. Н. Жаровой под ред. К. А. Богданова. М., 2009. Никулушкин К. В. Семиотика античного сюжета в национальном эстетическом сознании петровского времени (на примере описания Торжественных врат 1703 и 1704 гг.) ΠΡΑΞΗΜΑ 2016, 4 (10), 82–92. Новиков Н. (сост.) Историческое известие о Московской Академии, сочиненное в 1726 году от справщика Федора Поликарпова и дополненное Преосвященным Епископом Смоленским Гедеоном Вишневским. Древняя Российская Вивлиофика. М., 1791, 295–306. Новоселов В. Р. Коллекция оружия императора Петра I: между правдой и вымыслом. Государственный историко-культурный музейзаповедник «Московский Кремль». Материалы и исследования2018, 28: https://www. kreml.ru/research/library010y1/muzei-moskovskogokremlya-materialy-i-issledovaniya/(05.07.2021). Одесский М. П. Софонисба и Сципио Африкан: Трагедия Д. К. фон Лоэнштейна в истории старинной русской драмы. В кн.: В. М. Кириллин (ред.) Древняя Русь: Пространство книжного слова. Историкофилологические исследования. М., 2015, 395–410. Ольшевская Л. А., Травников С. Н. (комм.) Путешествие стольника П. А. Толстого по Европе. М., 1992. Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. XI: 1731 г. СПб., 1903. 482 Осповат А. Л., Тименчик Р. Д. «Печальну повесть сохранить...» М., 1987. Павленко С. О. (упоряд.) Доба гетьмана Івана Мазепи в документах. Киïв, 2007. Павленко С. О., Циганок О. М. Лист І. Мазепи з Ромнів до С. Лещинсь- кого. Сiверянский литопис 2016, 2(128), 78–87. Панченко А. И. Русская культура в канун Петровских реформ. Л., 1984. Пащинская И. О. Монплезирский сад. Объемно-пространственная структура. Три века истории. В сб.: Научные чтения памяти Т. Б. Дубяго, посвященные 70-летию защиты Т. Б. Дубяго кандидатской диссер- тации «Летний сад и его восстановление». Материалы международной конференции. СПб., 2011, 106–125. Пекарский П. П. Наука и литература в России при Петре Великом. Т. I–II. СПб., 1862. Перепечаева Л. Б. Азов и Приазовье в фокусе интересов моряков, картографов и изографов, прибывших в Россию из Голландии в конце XVII – начале XVIII веков. В сб.: А. В. Кобак, О. Л. Кувалдина и др. (сост., ред.) Россия-Нидерланды. Диалог культур в европейском пространстве. СПб., 2014, 189–198. Перетц В. Н. Панегирик Феофана Прокоповича на победу Петра Великого при Полтаве. Литературный вестник 1902, 3 (2), 165–167. Пернети А.-Ж. Мифы Древнего Египта и Древней Греции (1758). Пер. с франц. Е. Т. Маричева. Киев, 2006. Петров В. Н. Конная статуя Петра I работы Растрелли. Л., 1972. Пилявский В. И. Русские триумфальные памятники. Л., 1960. [Писарев C. И., Дандоло Г.] Предисловие к кн.: Э. Тезауро. Философия нравоучительная <...> переведенная с итал. яз. <...> Стефаном Писаревым и Георгием Дандолом. СПб., 1764, 1–5. Писарская Л. В. Оружейная палата. М., 1977. Письма и бумаги Петра Великого. T. 1–14. СПб, 1887 – продолжающееся издание (= ПБП). Пичикян И. Р. Бактрия в античной традиции. Общие данные о стране: название и территория. Душанбе, 1982. Пичикян И. Р. Культура Бактрии. Ахеменидский и эллинистический периоды. Очерки. М., 1991. Погонщикова А. А. Николай Ильич Архипов – хранитель, реставратор, краевед. К 125-летию со дня рождения. Анциферовские краеведческие чтения 2013, 5, 76–80. Погосян Е. А. «Да не молчаливы будем. Радость не терпит в нас молчания» (к семантике триумфа в петровскую эпоху). Труды по русской и славянской филологии. Литературоведение. Вып. 2. Тарту, 1996, 51– 67. Погосян Е. А. Петр I – архитектор российской истории. СПб., 2001. 483 Погосян Е. Петр I накануне петровских реформ. Лотмановский сб. 2004 (a), 3, 13–40. Погосян Е. И. С. Мазепа в русской официальной культуре 1708–1725 гг. В сб.: G. Siedina (a cura di). Mazepa e il suo tempo: Storia, cultura, società = Mazepa and His Time: History, Culture, Society: Studi presentati al Congresso internazionale su «Mazepa e i suoi continuatori: Storia, cultura, letteratura», tenuto sia Gargnano sul Gardane i giorni 7–11 maggio 2002. Alessandria, 2004 (b), 315–332. Погосян Е., Сморжевских М. «Я Деву в солнце зрю стоящу...»: Образ апокалиптической Жены в русской официальной культуре 1695–1742 гг. Studia Russica Helsingiensia et Tartuensia. Вып. 8: История и историософия в литературном преломлении.Tartu, 2002, 9–37. Подсобляев Е. Ф. Античные традиции в военном искусстве Петра Великого. Меншиковские чтения 2015, 6, 154–169. Позднев М. М. Круговорот наук в Европе, или «Греческий проект» Петра Великого. Philologia Classica 16/2, 303–304. Полевой П. Н. Шхонебек. РБС XXIII, 1911, 556–557. Полтавская битва 27 июня 1709 года: Документы и материалы. Отв. ред. Е. Е. Рычаловский. М., 2011. Полуденский М. П. Русское посольство при дворе Лудовика XIV. Русский вестник. 1863, 47/10, 602–622. Потин В. М. Монеты, клады, коллекции. Очерки нумизматики. СПб., 1993. Походный журнал 1722 г. СПб., 1855. Пуфендорф С. Введение в гисторию европейскую. СПб., 1718. Пуфендорф С. О должности человека и гражданина по закону естественному. Книги две. СПб., 1726. Пушкарев Л. Н. Общественно-политическая мысль России. Вторая половина XVII века. Очерки истории. М., 1982. Радишаускайте Н. В. «Овидиевы фигуры», издание весьма редкое. Словесница искусств 20 1, 27/1, сетевое изд.: http://slovoart.ru/node/811#7 (10.10.2022). Раков Ю. А. Скульптурный Олимп Петербурга: Путешествие в антично-мифологический Петербург. СПб., 2000. Рамазанова. Д. Н. Братья Лихуды и начальный этап истории Славяногреко-латинской академии. Дисс. канд. ист. наук. М., 2003. Рамазанова Д. Н. Ученики Иоанникия и Софрония Лихудов в Славяногреко-латинской Академии 1685–1694 гг. В сб.: Л. А. Тимошина (сост.) Историография, источниковедение, история России X–XX вв. М., 2008, 353–364. Рамазанова Д. Н. Сочинение Иоанникия и Софрония Лихудов «Плач святыя Христовы Восточные церкве». Россия и Христианский Восток. Вып. IV–V, 2014–2015, 648–659. 484 Рамазанова Д. Н. Рукописная и печатная книга в учебной практике Славяно-греко-латинской академии в конце XVII века, в сб.: М. В. Тендрякова и В. Г. Безрогов (ред.) «В России надо жить по книге»: начальное обучение чтению и письму (становление учебной книги в XVI–XIX вв.). М., 2015, 42–52. Рамазанова Д. Н. Итальянская школа Братьев Лихудов в Москве (1697– 1700). М., 2019. Рамазанова Д. Н. Лихуды. Православная энциклопедия XXXXI, 2020, 311– 314, https://www.pravenc.ru/text/2110625.html (10.06.2022). Раскин А. Г. Триумфальные арки Ленинграда. Л., 1977. Раскин А. Г. Петродворец. Дворцы-музеи, парки, фонтаны. Л., 1988. Раскин А. Г., Митрохина Л. Н. Фонтан «Самсон» – монумент доблести русских воинов. Петербургские искусствоведческие тетради. Вып. 27. СПб., 2017, 150–171. Ригельман А. И. Летописное повествование о Малой России и ее народе и козаках вообще. М., 1847. Ровинский Д. А. Подробный словарь русских граверов XVI–XIX вв. СПб., 1895. Ровинский Д. А. Русские народные картинки. СПб., 1900. Рогов К. Ю. Три эпохи русского барокко. Тыняновский сборинк. Вып. 12: Х– ХІ–ХII Тыняновские чтения. Исследования. Материалы. М., 2006, 9– 101. Рогов К. Ю. Из комментариев к латинской оде Феофана 1727 года: К поэтике панегирика. В сб.: Вроон Р. и др. (сост.) И время, и место: Историко-литературный сборник к 60-летию А. Л. Осповата. М., 2008, 55– 31. Руденко С. И. Сибирская коллекция Петра I. Свод археологических источников. М.–Л., 1962. Рыбалка А. А. «Бывый брат инок Никодим». Адам Бурхард Селлий в России. Valla 2018, 4, (1–2). 65–77. Рыбалко Н. В. Барсов. Православная энциклопедия IV, 2009, 354–355, https://www.pravenc.ru/text/77608.html (10.10.2022) Савельева Е. А. (сост.). Библиотека Я. В. Брюса: Каталог. Л., 1989. Саверкина И. И. Греческая скульптура V в. до н. э. в собрании Эрмитажа. Л., 1986. Сазонова Л. И. Литературная культура России: Раннее Новое время. М., 2006. Саломатова О. В. Антропонимы небиблейского происхождения в пропо ведях Стефана Яворского. Вопросы ономастики 2014, 1 (16), 116– 121. Самарин Ю. Ф. Соч. Т. V: Стефан Яворский и Феофан Прокопович. Изд. Д. Самарина. М., 1880. 485 Сапунов Б. В. Книга в России в XI–XIII вв. Л., 1978. Свиясов Е. В. (сост.) Античная поэзия в русских переводах: Библиографический указатель. СПб., 1998. [Селлий А.] Зерцало историческое государей российских. Древняя российская вивлиофика 1791. Ч. 16. М., 12–39. Селлий А. Каталог писателей, сочинениями своими объяснявшими гражданскую и церковную историю России. Переведен в Вологодской семинарии [Е. Болховитиновым]. М., 1815. Семевский М. И. Петр Великий как юморист. В кн.: М. И. Семевский. Слово и дело. 1700–1725. СПб., 21884, 277–376. Серман И. З. Литературно-эстетические интересы и литературная политика Петра I. XVIII век. Сб. 9: Проблемы литературного развития в России первой трети XVIII века. Л., 1974, 5–49. Сидоров А. А. Рисунок старых русских мастеров. М., 1956. Сменцовский М. Н. Братья Лихуды. Опыт исследования из истории церковного просвещения и церковной жизни конца 17 и начала 18 веков. СПб., 1899. Смирнов C. История Московской Славяно-греко-латинской академии. М., типография В. Готье. 1855. Смирнов Н. А. Орел Российский. Творение Симеона Полоцкого. СПб. 1915. Сморжевских-Смирнова М. Ингерманландия, Эстляндия и Лифляндия в церковном панегирике Петровской эпохи. Tallinn, 2013, электронная версия без пагинации: http://www.smorzhevskihh.com/Public/Thesis/ Thesis_main.html (5.09.2022). Соболевский А. И. Переводная литература Московской Руси XIV–XVII веков. Библиографические материалы. СПб., 1903. Соловьев К. А. Образы русской истории в ораторской прозе Феофана Прокоповича. Христианское чтение 2015, 5, 97–120. Спасский И. Г. На заре русской нумизматики. В кн.: Г. Н. Комелова (научн. ред.) Культура и искусство Петровского времени. Л., 1977, 54–62. Спасский И. Г. Очерки по истории русской нумизматики. Нумизматический сборник 1955, 25, 34–108. Сперанская Н. М. Дневник Персидского похода 1722–1723 гг. из Библиотеки Вольтера. В сб. А. В. Кобак , М. В. Петрова (cост.) Пeтр I и Восток. Материалы XI Международного петровского конгресса. СПб., 2019, 164–184. Спиридонова Л. В., Курбанов А. В. Курс логики Софрония Лихуда в Славяно-греко-латинской академии. Acta Eruditorum 2019, 30, 18–24. Спиридонова Л. В., Курбанов А. В. Неизданные логические сочинения Герасима Влаха. Philosophy Journal 2021, 14/4, 144–156. Спиридонова Л. В., Курбанов А. В. Античные прогимнасмы в классе Софрония Лихуда. Philologia Classica 2022, 17/1, 125–141. 486 Спицын А. А. Сибирская коллекция Кунсткамеры. Записки Отделения русской и славянской археологии Русского археологического общества 1906, 8, 227–248. Старикова Л. М. Театр в России XVIII века: Опыт документального исследования. М., 1997. Старикова Л. М. Панорама театрально-зрелищной жизни русских столиц в петровскую эпоху. Вопросы театра / Proscaenium 2017, 1–2, 141−169. Стенник Ю. В. (отв. ред.) Дашкова Е. Р. Записки 1743–1810. Л., 1985. Стефан Яворский. Слова. Труды Киевской духовной академии, 1865, дек, 499–523; 1874, июнь, 72–121; окт., 123–154; дек., 505–520; 1875, янв., 118–128; март, 631–647; май, 486–505; сент., 463–492; окт., 124–145 (всюду – 2-й паг.). Стефан Яворский. Риторическая рука. Пер. с лат. Федора Поликарпова. Издания Общества любителей древней письменности. Вып. 20. [СПб.], 1878 Стефан Яворский. Сочинения. Публ., вступ. ст., словарь терминов и указ. имен Н. Н. Бородкиной. Саратов, 2014. Суториус К. В. Нравственное богословие как учебный предмет в КиевоМогилянском коллегиуме/академии до 1760 г. Религиоведение 2010, 2, 34–49. Суториус К. В. Преподавание братьями Лихудами философии в Московской Славяно-греко-латинской академии в 1692–1694 годах по материалам рукописных источников. Очерки феодальной России. Вып. 20. М. – СПб., 2017, 356–384. Суториус К. В. Богословские курсы на латинском языке в Киево-Могилянской академии в XVIII веке: Текстологические проблемы. Чтения отдела русской литературы XVIII века. Вып. 8. М. – СПб., 2018, 165– 186. Суториус К. В. Нравственное богословие в Киево-Могилянской академии по материалам рукописных источников. Вестник С.Петербургского ун-та. История 2018, 63/1, 5–28. Тарле Е. В. Северная война и шведское нашествие на Россию. Собрание сочинений в 12-ти томах. Т. 10. М., 1959, 363–863. Татарский И. А. Симеон Полоцкий. Его жизнь и деятельность. Опыт исследования из истории просвещения и внутренней церковной жизни во вторую половину XVII в. М., 1886. Творогов О. В. Троянские сказания в древнерусской литературе. В кн.: О. В. Творогов (подг. текста, статьи, комм.), М. Н. Ботвинник (комм.) Троянские сказания. Средневековые рыцарские романы о троянской войне по русским рукописям XVI–XVII веков. Л., 1972, 148–190. 487 Титлинов Б. В. Никодим Селлий. РБС XI, 1914, 343–344. Тихомиров Ф. Трактаты Феофана Прокоповича о Боге едином по существу и троичном в Лицах. СПб., 1884. Тихомирова М. А. Памятники. Люди. События. Из записок музейного работника. Л., 21984. Тихонравов Н. С. Русские драматические произведения: 1672–1725 годов. Т. I–II. СПб., 1874. Ткаченко А. В. (ред.) Великие русские победы в медали и гравюре: к 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года. Каталог медалей и гравюр из собрания ГМИИ им. А.С. Пушкина. М., 2014. Трей Е. (также Г.) Указатель скульптурного музея имп. Академии художеств. СПб., 1871. Трофимов А. Е. Многоязычие в литературной культуре петровской эпохи: «Епиникион» Феофана Прокоповича. Летняя школа по русской литературе 2018, 14, 335–352. Трофимов А. Е. Употребление античных и библейских имен в «Слове похвальном о преславной над войсками свейскими победе» Феофана Прокоповича. Литературная культура России XVIII века. Вып. 8. СПб., 2019, 7–18. Трофимов А. Е. Композиционные особенности прозаических панегириков в честь Полтавской победы (на материале творчества Стефана Яворского и Феофана Прокоповича). Летняя школа по русской литературе 2020, 16, 223–238. Трофимов А. Е. Полтавская победа в русской панегирической литературе XVIII века. ВКР маг. фил. СПб., 2021, https://dspace.spbu.ru/ bitstream/11701/30180/1/VKR_Trofimov.pdf (05.09.2022). Трофимова А. А. (ред.) Мечта об Италии. Коллекция маркиза Кампаны. СПб., 2021. Тюхменева Е. А. Искусство триумфальных врат в России первой половины XVIII века. М., 2005 (a). Тюхменева Е. А. К истории сочинения и осуществления программ произведений искусства в России в первой половине – середине XVIII века. Славяно-греко-латинская академия – Академия наук – Академия художеств. В сб.: И. В. Рязанцев (ред.) Русское искусство Нового времени. Исследования и материалы. М., 2005 (b), 53– 79. Ульяновский В. И. «Библиотечное зеркало» киевских монастырей XVII– XVIII вв.: книги «живые» и «мертвые», доминанты латинские и кириллические. Христианское чтение 2020, 6, 1–35. Ундольский В. М. Похвальное слово Софрония Лихуда Екатерине I. Русский Архив 1863, 6, 761–776. 488 Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого. Т. I–VI. СПб., 1858– 1863. Уткина Н. Ф. Философские и общественно-политические взгляды противников церковной реформы. Стефан Яворский и его единомышленники. В кн.: Н. Ф. Уткина, А. Д. Сухов (отв. ред.) Русская мысль в век просвещения. М., 1991, 95–113 Феатрон, или Позор исторический, изъявляющий повсюдную историю Священного Писания и гражданскую <…> вкратце ради удобного памятствования чрез Вилгелма Стратемана собранный <…>. СПб., 1724. Федоров В. И. «Поэтика» Феофана Прокоповича (из истории русской эстетической мысли кануна формирования классицизма). Ученые записки МГПИ им. Ленина 1971, 455, 302–311. Федотова М. А. О двух источниках украинских проповедей Димитрия Ростовского (Фома Млодзяновский и Корнелий а Лапиде). ТОДРЛ 1993, 48, 343–350. Федотова М. А. Комментарии Корнелия а Ляпиде к библейским книгам и ранние проповеди Димитрия Ростовского. Перевод Библии в литературе народов России, стран СНГ и Балтии: Материалы конференции. Москва, 2–3 декабря 1999. М., 2003, 425–443. [Феофан Прокопович.] Панегирикос, или Слово похвалное о преславной над войсками свейскими победе <…>. [Киев, 1709]. Феофан Прокопович. Слова и речи поучительные, похвальные и поздравительные, собранные и некоторые вторым тиснением, а другие вновь напечатанные. Т. I–IV. СПб., 1760–1774. Феофан Прокопович. История императора Петра Великого, от рождения его до Полтавской баталии, и взятия в плен остальных шведских войск при Переволочне включительно. СПб., 1773. Феофан Прокопович. Рассуждение о нетлении мощей святых угодников Божиих, в Киевских пещерах нетленно почивающих <…>. Киев, 31823. Феофан Прокопович. Сочинения. Под ред. И. П. Еремина. М. – Л., 1961. Феофан Прокопович. Філософські твори: В 3 т. Переклад з лат. В. Д. Литвинова та ін. Київ, 1979–1981. Феофан Прокопович. Об искусстве риторическом десять книг. Пер. с лат. Г. А. Стратановского, отв. ред. С. И. Николаев. М. – СПб., 2020. Флеров А. Разбор «Слова о победе под Полтавой в 1709 году» Стефана Яворского. Филологические записки 1894, 1, 1–28 (3-й паг.); 1896, 3, 29–42 (4-й паг.). Фонкич Б. Л. Новые материалы для биографии Лихудов. Памятники Культуры. Новые Открытия. 1987. Москва, 1988, 61–70. Фонкич Б. Л. Заметки по греческой эпиграфике Москвы. Греко-латинский Кабинет 1992, 1, 35–37. 489 Фролов Э. Д. Русская наука об античности. Историографические очерки. СПб., 1999. Фурсенко В. В. Поликарпов-Орлов. РБС XIV, 1910, 346–351. Хмелевских И. В., Карначев А. Е. Библиотека Петра Великого: западноевропейские печатные книги. СПб., 2016. Ховрина Т. Л. Иноязычные слова и их славяно-русские соответствия в переводных словарях начала XVIII века. Вестник Вологодского университета. Серия: исторические и филологические науки. 2021, 3/22, 100– 103. Холоднова О. А. Деятельность Никола Пино в Петергофе. В сб.: О. С. Капполь (ред.) 300 лет Петергофской дороге, Ораниенбауму. История. Реставрация. Музеефикация. СПб., 9–26. Ч[ичулин] Н. Крекшин П. Н. РБС IX, 1902, 423–425. Чежина Ю. И. История лошади: интерпретация античной идеи в конном монументе Петру I работы Б.-К. Растрелли. В сб.: С. В. Мальцева и др. (ред.) Актуальные проблемы теории и истории искусства. СПб., 2015, 513– 517. Чекмарев А. В. Зарудный. Православная энциклопедия XIX, 2013, 658–660, https://www.pravenc.ru/text/182639.html (10.10.2022). Черникова Т. В. Европейские новшества как внешний декор государственной пропаганды Петра I. Вестник МГОУ, История и политические науки 2022, 2, 30–47. Черноглазов Д. А. Кого цитирует Феофил Коридалевс? Замечания о греческом письмовнике XVII века. Индоевр. языкознание и классич. филология. 2019, 23/2, 1103–1115. Чистович И. А. История С.-Петербургской духовной академии. СПб., 1857. Чистович И. А. Неизданные проповеди Стефана Яворского. СПб., 1867. Чистович И. А. Феофан Прокопович и его время. СПб., 1868. Чумичева О. В. Большой Московский собор 1666 – 1667 гг. Православная энциклопедия V, 2009, 679–684, https://www.pravenc.ru/text/149721 html (09.10.2022). Шамин C. М. Карион (Истомин). Православная энциклопедия XXXI, 2017, 111–115, https://www.pravenc.ru/text/1681053.html (09.10.2022). Шаму М. Античная Венера Петра Великого. В кн.: Е. Н. Кальщиков, Г. Б. Богуславская (ред.) Петровские памятники России и Европы. СПб., 2016, 624–634. Шаркова И. С. Россия и Италия: торговые отношения в XV – первой четверти XVIII в. Л., 1981. Шафиров П. П. Рассуждение о причинах Свейской войны. В кн. Н. И. Павленко (сост.) «Россию поднял на дыбы». М. 1987, I, 461–549. [Шеин А. С.?] Поход боярина и большого полку воеводы Андрея Семеновича Шеина к Азову. СПб., 1773. 490 Шилков В. Ф. Русская архитектура первой половины XVIII века. М., 1954. Шиппан М. Путешествие Петра I по немецким землям в 1716–1717 годах. В кн.: Д. Ю. Гузевич (сост.) Европейские маршруты Петра Великого: к трехсотлетию визита Петра Великого во Францию. Материалы 9 международного петровского конгресса, Париж– Реймс, 20–22 апреля 2017. СПб, 2018, 50–72. Шицгал А. Г. Русский гражданский шрифт. 1708–1958. М., 1959. Шицгал А. Г. Русский типографский шрифт. М., 1974. Шляпкин И. А. Св. Димитрий Ростовский и его время. СПб., 1891. Шляпкин И. А. Царевна Наталья Алексеевна и театр ее времени. СПб., 1898. Шмараков Р. Л. Поэзия Клавдиана в русской литературе. М., 2006. Шмидт И. М. В. И. Демут-Малиновский. М., 1960. Шмурло Е. Ф. Вольтер и его книга о Петре Великом. Прага, 1929. Шмурло Е. Ф. Критические заметки по истории Петра Великого. ЖМНП 1902/4, 340; 421–439. Штелин Я. Подлинные анекдоты Петра Великого. СПб., 1787. [Штелин Я.] Записки Якоба Штелина об изящных искусствах в России. Пер. c нем., вступ. ст., прим. К. В. Малиновского. Т. 1–2. М., 1990. Шулепова Э. А. и др. Музееведческая мысль в России XVIII–XX веков: Сборник документов и материалов. М., 2010. Щеглова С. А. Bipшi про Мазепу, складенi пiсля його «зради». Записки Украïнського наукового товариства в Kиïвi 1926, 21, 82–111. Щербачев Ю. Н. (изд., пер.) Записки Юста Юля, датского посланника при Петре Великом (1709–1711). М., 1899. Щукина Е. С. О России за ее пределами. Западноевропейские медали собрания Эрмитажа на события истории России конца XVII – первой четверти XVIII века. В сб.: В. М. Потин (ред.) Прошлое нашей Родины в памятниках нумизматики. Л., 1977, 126–143. Юмангулов В. Я. Петергофский Самсон: биография памятника. СПб., 2015. Юмангулов В. Я., Хадеева Н. Ю. Скульптура Нижнего парка и Верхнего сада: Каталог коллекции. СПб., 2016. Юмангулов В. Я., Хадеева Н. Ю. Скульптура Ораниенбаума: Каталог коллекции. СПб., 2019. Юркин И. Н. А. А. Виниус и Петр, еще не Великий. В сб.: А. В. Кобак, О. Л. Кувалдина и др. (сост.) Россия-Нидерланды. Диалог культур в европейском пространстве. СПб., 2014, 206–214. Ю. Ф. Археологическое исследование о статуе Таврической Венеры и акты, относящиеся к ее приобретению. Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских при Московском университете. Год третий. 1848, 7, 137–146. 491 Яблонская Е. А. Мифологические сюжеты в декоре двух немецких аркебуз первой половины XVII века из собрания Музеев Московского Кремля. Музеи Московского Кремля. Материалы и исследования. 2018, 28, 162–170. Яковлева П. Т. Первый русско-китайский договор 1689 г. М., 1958. Яламас Д. А. Приветствия учеников Славяно-греко-латинской академии московскому патриарху Иоакиму. В кн.: A. E. Tachiaos (ed.) The Legacy of the Saints Cyril and Methodius to Kiev and Moscow. Thessaloniki, 1992, 513–519. Яламас Д. А. Два неопубликованных панегирика братьев Лихудов. Византийский временник. Т. 55 (80), 1, 1994, 210–214. Яламас Д. А. Послание Иоанникия Лихуда князю В. В. Голицыну. Россия и Христианский Восток1997, 1, 179–184. Яламас Д. А. Рекомендательная грамота восточных патриархов братьям Лихудам. Очерки феодальной России. Вып. 4. М., 2000, 298–311. Яламас Д. А. Средневековая греческая грамматическая традиция и труды братьев Лихудов. Материалы научной конференции «Первые Лихудовские Чтения», Великий Новгород, 11–14 мая 1998 года. Великий Новго- род, 2001, 37–51. Яламас Д. А. Значение деятельности братьев Лихудов в свете греческих, латинских и славянских рукописей и документов из российских и европейских собраний. Дисс. докт. филол. наук. Москва, 2007. Яламас Д. А. Произведение «О поэтическом или метрическом искусстве» братьев Лихудов и стихотворные упражнения учеников. Кафедра 2021, 9, 37–57. Ястребов А. Братья Лихуды в Падуе и Венеции. Вестник церковной истории 2015, 1/2 (37/38), 212–254. Ястребов А. Русско-венецианские дипломатические связи в эпоху Петра Великого. Россия и греческая община Венеции. М., 2018. ––––––––––––––––––––––– Abbot J. The Aeneid and the Concept of dolus bonus. Vergilius 2000, 46, 59–82. Albertus Magnus B. Opera omnia. Cura ac labore A. Borgnet. Vol. XV. Parisiis, 1892. Albrecht M. von. Geschichte der römischen Literatur von Andronicus bis Boethius und ihr Fortwirken. Berlin–Boston 32012. Algarotti F. Essais sur la question, pourquoi les grands génies paroissent ensemble et fleurissent dans le même temps. Dans: Œuvres du compte Algarotti, trad. de l’Italien. Vol. III. Berlin, 1772, 219–254. Andersen D. Der russische Kirchenhistoriker Burchard Adam Sellius aus Tondern. Heimatblätter aus Nordschleswig 1936, 197–202. Amelung W. Die Sculpturen des Vaticanischen Museums. Vol. II. Berlin, 1908. 492 Artamonov М. Treasures from Scythian Tombs in the Hermitage Museum. London, 1969. Asheri D. A Commentary on Herodotus. Books 1–4. Oxford–New York, 2007. Ashmole B. A Catalogue of the Ancient Marbles at Ince Blundell Hall. Oxford, 1929. Ayala B.De iure et officiis bellicis et disciplina militari libri III. Antverpiae, 1597. Ballesi S. Una famiglia di stampatori a Roma fra Cinque e Seicento, i Vaccari, in: G. Sapori (ed.) Il Mercato delle Stampe a Roma (XVI-XIX secolo). Roma, 2008, 57–85. Balnco Freijeiro A. El fauno del cabrito. Archivo Español de Arqueología. 1951, 24, 155–159. Bayer Th. S. De Venere Cnidia in Crypta conchyliata Horti imperatorii ad Aulam Aestivam et in duobus numis Cnidiis. Comm. Acad. Petrop. 1735, IV (ad a. 1729), 259–274 (= Bayerus T. S. Opuscula ad historiam antiquam etc. Halae, 1770, 1–13). Bayer Th. S. Historia Regni Graecorum Bactriani. SPb., 1738. [Beier Th. G. S.] Vita Theophanis Prokopovitsch. Nordische Nebenstunden 1776, Th. 1, 251–270. Bell J. Travels From St. Petersburg in Russia to Diverse Parts of Asia. Glasgow, 1763. Bergman B. von. Peter der Große als Mensch und Regent. T. I. Königsberg, 1823; T. II. Riga, 1825. Bernoulli J. Reisen durch Brandenburg, Pommern, Preußen, Curland, Rußland und Pohlen in den Jahren 1777 und 1778. Bd. 5: Fortsetzung des Aufenthalts zu St. Petersburg, nebst einem Anhang von Moskau. Leipzig, 1780. Bernoulli J. J. Aphrodite: Ein Baustein zur griechischen Kunstmythologie. Leipzig, 1873. Beschorner A. Untersuchungen zu Dares Phrygius-Narr. Tübingen 1992. Bieber M. Die antiken Skulpturen und Bronzes in Koniglichen mesuem Fridericianum in Cassel. Marburg, 1915. Blinkenberg C. Knidia. Beiträge zur Kenntnis der praxitelischen Aphrodite. Kopenhagen, 1933. Boardman J. The Diffusion of Classical Art in Antiquity. Princeton, 1994. Borda M. La scuola di Pasiteles. Bari, 1953. Botley P. Learning Greek in Western Europe, 1396–1529: Gramma, Lexica, and Classroom Texts. Philadelphia, 2010. Brandt G. W., Hogendoorn W. German and Dutch Theatre, 1600–1848. Cambridge, 1993. Brogi Bercoff G. The «Letopisec» of Dimitrij Tuptalo, the Metropolitan of Rostov, in the Context of Western European Culture. Ricerche slavistiche 1993, 39/40, 293–364. 493 Brogi Bercoff G. Ambiguity as a Main Component in the Discourse of “Mazepian Literature”. In: Іван Мазепа і його доба: Матеріали міжнародної наукової конференції. Київ, 2008, 368–394. Brogi Bercoff G. Poltava: A Turning Point in the History of Preaching. Harvard Ukrainian Studies 2009/2010, 31, 205–226. Bruce P. H. Memoirs of Peter Henry Bruce, Esq., a military officer in the services of Prussia, Russia & Great Britain containing an account of his travels in Germany, Russia, Tartary, Turkey, the West Indies, as also several very interesting private anecdotes of the Czar Peter I of Russia. London, 1782. Buberl B., Dückershoff M. (Hg.) Palast des Wissens: Die Kunst- und Wunderkammer Zar Peters des Groβen. Bd. 1: Katalog zur Ausst. Museum für Kunst und Kulturgeschichte der Stadt Dortmund, 25.01–21.04.2003; Schlossmuseum Gotha, 1.08–16.11.2003. Bd. 2: Beiträge. München, 2003. Bury M. The Print in Italy: 1550-1625. London, 2001. Bushkovich P. Peter the Great: The Struggle for Power, 1671–1725. Cambridge, 2004. Bushkovitch P. Political Ideology in the Reign of Peter I: Feofan Prokopovich, Succession to the Throne and the West. ГИИМ: Доклады по истории 18 и 19 вв. – DHI Moskau: Vorträge zum 18. und 19. Jahrhundert 2012, 1, сетевое изд.: h t t ps://perspectivia.net/receive/ploneimport_ mods_00011443?q=Bushkovitch (05.11.2022). Butler W. E. Grotius’ Influence in Russia, in: H. Bull et al. (ed.) Hugo Grotius and International Relations. Oxford, 1990, 257–266. Caramuel I. Haplotes de restrictionibus mentalibus disputans. Lugduni, 1672. Caramuel I. Theologiae oralis fundamentalis liber primus, de principiis moralibus. Lugduni, 1676. Cariou M. Le topos de l’ineffable dans les catalogues poétiques. Revue de philologie, de littérature et d’histoire anciennes 2014, 88, 27–58. Carlson E. (Hg.) Die eigenhändigen Briefe König Karls XII. Autorisierte deutsche Übersetzung von F. Mewlag. Berlin, 1894. Catiforo A. Vita di Pietro il Grande imperador della Russia; estratta da varie memorie pubblicate in Francia, e in Olanda. Venezia, 21748. Chance J. F. George I and Peter the Great after the Peace of Nystad. The English Historical Review 1911, 26/102, 278–309. Chernukhin J. Greek manuscripts in the collections of Kyiv. Cataloque. Kyiv – Washington, 2000. Chrissidis N. A. An academy at the Court of the Tsars: Greek Scholars and Jesuit Education in Early Modern Russia. Northern Illinois University Press, 2016, 139–159. Clarac F. de. Musée de sculpture antique et moderne. T. IV. Paris, 1836–1837. Collis R. The Petrine Instauration: Religion, Esotericism and Science at the Court of Peter the Great, 1689–1725. Leiden – Boston, 2012. 494 Cornelius a Lapide R. P. Commentaria in Epistolas canonicas. Antverpiae, 1627. Corrigan B. Two Renaissance Views of Carthage: Trissino’s “Sofonisba” and Castellini’s “Asdrubale”. Comparative Drama 1971, 5/3, 193–206. Corso A. The Art of Praxiteles. The Mature Years. Rome, 2007. Courcelle P. Lecteurs païens et lecteurs chrétiens de l’Énéide. P. I: Les témoignages littéraires. Paris, 1984. Cracraft J. Feofan Procopovich and the Kiev Academy. In: R. L. Nichols, Th. G. Stavrou (eds.) Russian Orthodoxy under the Old Regime. Minneapolis, 1978, 44–64. Dominik W. J. Reading Pliny’s Panegyricus within the Context of Late Antiquity and the Early Modern Period. In: S. Papaioannou et al. (eds.) Brill’s Companion to the Reception of Ancient Rhetoric. Leiden; Boston, 2022, 135– 169. Drozdek A. Feofan Prokopovich: From Theology to Politics. Studia Gdańskie 2010, 27, 179–201. Dvořák P., Schmutz J. (eds.) Juan Caramuel Lobkowitz: The Last Scholastic Polymath.Praha, 2008. Eeghen I. H. van. De verzameling van Jakob de Wilde of het Museum Wildeanum op Keizergracht 333. Jaarboek Amstelodamum 1979, 51, 72–92. Egorova S. Venus Gallery Project by Yuri Kologrivov: The List in Italian. BJAH 2021, 22, 191–196. Epistulae illustrissimi ac reverendissimi Theophanis Prokopowitsch variis tempori- bus ad varios amicos datae <…>. Mosquae, 1776. Fähler E. Feuerwerke des Barock. Studien zum öffentlichen Fest und seiner literarischen Deutung vom 16. bis 18. Jh. Stuttgart, 1974. Faivre d’ Arcier L. Histoire et géographie d’un mythe. La circulation des manuscrits du De excidio Troiae de Darès le Phrygien (VIIIe-XVe s.). Paris, 2006. Felletti Maj B. M. Afrodite pudica. Saggio dell arte ellenistica. Archeologia Classica 1951, 3 (1), 33–65. Feofan Procopovic. De arte rhetorica libri X. Kijoviae 1706. Hg. von. R. Lachmann. Köln – Wien, 1982. Fleming J. A. Defending Probabilism: The Moral Theology of Juan Caramuel. Washington, 2006. Furtwängler A., Wolter P. (Hg.) Beschreibung der Glyptothek König Ludwig's I. zu München. München, 1910. Geier W. Russische Kulturgeschichte in diplomatischen Reiseberichten aus vier Jahrhunderten. Sigmund von Herberstein, Adam Olearius, Friedrich Christian Weber, August von Haxthausen. Wiesbaden, 2004. Gstach R. Die Liebes Verzweiffelung des Laurentius von Schnüffis. Eine bisher unbekannte Tragikomödie der frühen Wanderbühne mit einem Verzeichnis dererhaltenen Spieltexte. Berlin – Boston, 2017. Guédéonow E. Ermitage Impérial. Musée de sculpture antique. СПб., 1865. 495 Giuliano A. Museo Nazionale Romano. Le Sculture. Vol. I, 1. Roma, 1979. Gurlitt C. Andreas Schlüter. Berlin, 1891. Harris N. The Lion in Medieval Western Europe: Toward an Interpretive History. Traditio 2021, 125, 185–213. Haskell F., Penny N. Taste and the Antique. The Lure of Classical Sculpture 1500–1900. New Haven – London, 1981. Havelock C. M. The Aphrodite of Knidos and Her Successors. A Historical Review of the Female Nude in Greek Art. Ann Arbor, 1995. Heine С. JohannesVelten. Ein Beitrag zur Geschichte des deutschen Theaters im XVII. Jahrhundert. Halle, 1887 Helbig W. Führer durch die öffentlichen Sammlungen klassischer Altertümer inRom. Bd. I–IV. Tübingen, 1963–1972. Herrmann A. The Biter. A Late Hellenistic Astragal Player, in: G. Kopcke, M. B. Moore (ed.) Studies in Classical Art and Archaeology. A Tribute to Peter Heinrich von Blanckenhagen. Locust Valley, 1979, 163–173. Herrmann E. Peter der Grosse und der Zarewitsch Alexei. Vornehmlich nach und aus der gesandtschaftlichen Correspondenz Friedr. Christian Weber’s. Leipzig, 1882 Himmelmann N. Archäologisches zum Problem der griechischen Sklaverei. Wiesbaden, 1971. Himmelmann N. Über Hirten-Genre in der antiken Kunst. Opladen, 1980. Hinterkeuser G. Andreas Schlüter und das Ideal des barocken Lustgebäudes. Bauten und Entwürfe für Berlin, Freienwalde, Schwerin und Peterhof. Zeitschrift des Deutschen Vereins für Kunstwissenschaft 2010, 64, 243–276. Hippesley A. (ed., comm.), Sazonowa L. I. (ed.) Simeon Polockij. Vertograd Mnogocvetnyj. Vol. I–III. Böhlau, 1996 – 2000. Holeindre J.-V. Ruse de guerre et perfidie dans le droit naturel moderne: Grotius et Pufendorf, dans: N. Grangé (éd.) Penser la guerre au XVIIe siècle. Paris, 2012, 139–158. Irvine E. V. The Oriental Ambassador in Sevententh-century French Comedy. Diss., Univ. of Kent, 2004, https://kar.kent.ac.uk/86306/1/410870.pdf (24.10.2022) Jänichen M. P. De iustitia bellorum Alexandri Magni et Caii Iulii Caesaris comparatio. Wittenberg,1704. Kemmler R. The Emergence of Divergent Text Traditions of Manuel Álvares’ De Institvtione Grammatica Libri Tres in 16th Century Europe. Philologia Classica 2020, 15/1, 107–119. Kißel W. (Hg., Übers., Komm.) A. Persius Flaccus. Satiren. Heidelberg, 1990. Kizenko N. The Battle of Poltava in Imperial Liturgy. Harvard Ukrainian Studies 2009/2010, 31, 227–269. Klonowski M. Im Dienst des Hauses Hannover. Friedrich Christian Weber als Gesandter im russischen Reich und in Schweden 1714–1739. Diss. Bonn, 2005. 496 Koehler H. L’Alectryonophore: Description d’une statue antique du palais impérial de la Tauride. Mémoires de l'Académie impériale des sciences de St.Pétersbourg. Sciences politiques, histoire et philologie. 1836, 6 (3), 35–67. Köhler H. Über das Kaiserliche Museum von Altertümern zu Zarskoe-Selo.Gesammelte Schriften. 1853, 6, 1–29. Krauß J. Die Verwandlungen des Ovidii. In Zweyhundert und sechs und zwantzig Kupffern. Augsburg, [ca. 1695–1700]. Kriaras E. Lexicon of Medieval Greek Demotic Literature 1100–1669. Vol. 11. Thessaloniki, 1990. Kroll R. Andreas Schlüter und der Sommerpalast Peters I. Forschungen und Berichte 1976, 17, 113–134. Lambertus Hortensius Montfortius. Enarrationes <…> in XII libros P. Vergilii Maronis Aeneidos <…>. Basileae, [1657]. Lambros S. P. Catalogue of the Greek Manuscripts on Mount Athos. T 2. Cambridge, 21900. Lampe G. W. H. A Patristic Greek Lexicon. Oxford, 1961. Λάσκαρις Α. Ιστορική έποψη περί της εν Μοσχα Ελληνικής Ακαδημίας κατάτον ΙΖ’ και ΙΗ’ αιώνα, ήτοι περί των αδελφών Λειχουδών Ιωαννικίου και Σωφρονίου. Περιοδικόν του εν Κωνσταντινου πόλει Ελληνικού Φιλολο- γικού Συλλόγου. 1864, 2, 24–64. Laubscher H. P. Fischer und Landleute. Studien zur hellenistisсhen Genreрlastik. Mainz am Rhein, 1982. Lausberg H. Handbuch der literarischen Rhetorik: Eine Grundlegung der Literaturwissenschaft. Stuttgart, 31990. Lentin A. (ed., transl., comm.) Peter the Great: His Law on the Imperial Succession in Russia, 1722. The Official Commentary: Pravda Voli Monarshei vo opredelenii naslednika derzhavy svoei (The Justice of the Monarch’s Right to Appoint the Heir to the Throne). Oxford, 1996. Lesky A. Troilos. RE. 2/13, 1939, 602–615. Lippold G. Die griechische Plastik. München, 1950. Loewenson L. Some Details of Peter the Great’s Stay in England in 1698: Neglected English Material. The Slavonic and East European Review. 1962, vol. 40, n. 95, 442–443. Lotz A. Das Feuerwerk. Seine Geschichte und Bibliographie. Leipzig, 1941. Love I. C. A Preliminary Report of Excavations at Knidos, 1969. American Journal of Archaeology. 1970, 74 (2), 149–155. Lozovan Е. D. Cantemir: Le Panégyrique de Pierre le Grand. Copenhagen, 1981. Λυκόφρονος τοῦ Χαλκιδέως Ἀλεξάνδρα. Lycophronis Chalcidensis Alexandra sive Cassandra versiones duae: una ad verbum a Gulielmo Cantero, altera carmine expressa per Iosephum Scaligerum <…> huc accredit Epitome Cassandrae Graecolatina carmine Anacreontio, eodem auctore. Basileae, 1566. 497 Macaulay T. The History of England from the Accession of James the Second. Vol. I. London, 1915. Mansuelli G. A. Galleria degli Uffizi. Le sculture. Vol. I. Rome, 1958. Maslov B. Why Republics Always Fail: Pondering Feofan Prokopovich’s Poetics of Absolutism. Вивлioѳика 2014, 2, 24–46, сетевое изд.: https://iopn.library.illinois.edu/journals/vivliofika/article/view/745 (05.09.2022). Massie R. K. Peter the Great. His Life and World. New York, 1980. Mattéi J.-M. Histoire du droit de la guerre, 1700–1819: Introduction à l’histoire du droit international. Aix-en-Provence, 2006. Medvedkova O. Jean-Baptiste Alexandre Le Blond, architecte, 1679–1719: De Paris à Saint-Pétersbourg. Paris, 2007. Metcalf W. E. The Oxford Handbook of Greek and Roman Coinage. Oxford, 2012. Meyer С. Greco-Scythian Art and the Birth of Eurasia: From Classical Antiquity to Russian Modernity. Oxford, 2013. Michaelis A. Storia della collezione capitolina di antichità fino all’inaugurazione del museo (1734). Mitteilungen des Deutschen Archäologischen Instituts. Römische Abteilung. 1891, 6, 3–66. Millot C.-F.-X. Éléments d'histoire générale ancienne et moderne (1775). T. IX. Paris, 1809. Mösender K. Feuerwerk. Reallexikon zur Deutschen Kunstgeschichte VIII, 1983, 530–607, https://www.rdklabor.de/wiki/Feuerwerk (16.10.2022). Müller С. О. Ancient Art and its Remains. London, 1852. Mustilli D. Il Museo Mussolini. Roma, 1939. Myrray D. Museums: Their History and their Use. Vol. 1. Glasgow, 1904. Neuville Foy de la. Relation curieuse et nouvelle de Moscovie. Paris, 1698. Neverov O. Nuovi materiali per una storia delle sculture decorative del Giardino d’estate. Xenia. Semestrale di Antichità. 1987, 13, 85–109. Nikolai B. Schlüter, in: Neue deutsche Biographie 2007, 23, 111–113. Nys E. Le droit de la guerre et les précurseurs de Grotius. Bruxelles – Leipzig, 1882. Okenfuss M. J. The Rise and Fall of Latin Humanism in Early-Modern Russia: Pagan Authors, Ukrainians, and the Resiliency of Muscovy. Leiden, 1995. Ortolja-Baird A. ‘Chaos naturae et artis’: imitation, innovation, and improvisation in the library of Sir Hans Sloane. Part 1. Library and Information History 2020, 36/3, 155–174; Part 2: Library and Information History 2021, 37/1, 49–69. Overbeck J. A. Griechische Kunstmythologie. Bd. II. Leipzig, 1875. Paribeni E. Museo Nazionale Romano. Sculture greche del V secolo. Roma, 1953. Penzinger S. H. Novissimum historiae quatuor [sic] mundi monarchiarum, Chaldaeorum nempe, Persarum, Graecorum et Romanorum compendium <…>.Norimberga, 21711. 498 Pfrommer M. Zur Venus Colonna. Eine späthellenistische Redaktion der Knidischen Aphrodite. Istanbuler Mitteilungen. 1985, 35, 173–180. Picсolomini A. De la sfera del mondo. Venice, 1540. Plokhy S. The Two Russias of Teofan Prokopovyč, in: G. Siedina (a cura di). Mazepa e il suo tempo: Storia, cultura, società = Mazepa and His Time: History, Culture, Society. Studi presentati al Congresso internazionale su “Mazepa e i suoi continuatori: storia, cultura, letteratura”, tenutosi a Gargnano sul Garda nei giorni 7–11 maggio 2002. Alessandria, 2004, 315– 332. Pufendorf S. De officio hominis et civis juxta legem naturalem libri duo. Londini, 1673. Pufendorf S. On the Natural State of Man: The 1678 Latin Edition and English Translation. Transl., Ann. and Introd. by M. Seidler. Lewiston, 1990. Randall M. Marguerite de Navarre and Ambiguous Deceit. The Sixteenth Century Journal 2016, 47, 579–598. Reddaway W. F. (ed.) Documents of Catherine the Great: the Correspondence with Voltaire and the Instruction of 1767, in the English text of 1768. Cambridge, 1931. Reinach S. Répertoire de la statuaire grecque et romaine. T. 1. Paris, 1897. Reinach S. Répertoire de la statuaire grecque et romaine. T. 3. Paris, 1904. Ridgway B. S. Fourth-Century Styles in Greek Sculpture. Madison, 1997. Rotmarus V. Adagiorum et proverbiarum versuum ex Aeneide, Georgicis et Bucolicis P. Vergilii Maronis collectorum <…>. Ingolstadii, 1577. Scheicher Е. Die Kunst- und Wunderkammern der Habsburger. Wien – Munchen – Zurich, 1979. Sherman W. H. Used Books: Marking Readers in Renaissance England. Philadelphia, 2008. Schissel von Fleschenberg O. Dares-Studien. Halle 1908. Simienowicz [sic] C. Vollkommene Geschütz- Feuerwerck- und Büchsenmeisterey Kunst. Übers. T. L. Beeren. Frankfurt am Main, 1676. Smith R. R. R. Hellenistic Sculpture. London, 1991. Spellerberg G. Zur Sophonisbe Daniel Caspers von Lohenstein. In: H. Arntzen et al. (Hg.) Literaturwissenschaft und Geschichtsphilosophie: Festschrift für Wilhelm Emrich. Berlin – New York 1975. Spicer J. An “Antique” Brass Candlestick in the Shape of Hercules by Peter Vischer the Younger and Workshop. The Journal of the Walters Art Museum. 2005, 63, 65–71. Stewart A. Art, Desire and the Body in Ancient Greece. Cambridge, 1997. Stewart A. Greek Sculpture. An Exploration. New Haven – London, 1990. Strodel S. Zur Überlieferung und zum Verständnis der hellenistischen Technopaignien. Frankfurt am Main, 2002. Stürmer R. Dissertatio politica, disquirens, utrum pecunia sit nervus belli. Regimonti, 1703. 499 Svane D. Slavonic Manuscripts in The Royal Library. Copenhagen 1993. Symbola et emblemata. Iussu atque auspiciis Sacerrimae Suae Maiestatis Augustissimi Serenissimi Imperatoris Moscoviae Magni Domini Czaris, et Magni Ducis Petri Alexeidis <…> excusa. Amstelaedami, 1705. [Theophanes Prokopowicz]. Panegyricus de celeberrima victoria, quam Petrus Primus <…> de universis Suecorum exercitibus Deo iuvante reportavit. S. l., [1709]. Theophanes Prokopowicz. Lucubrationes<…> nunc primum in unum corpus collectae et in publicam lucem editae. Vratislaviae, 1743. Theophanes Prokopowicz. Miscellanea sacra, variis temporibus edita, nunc primum in unum collecta publicoque exhibita. Vratislaviae, 1744. Trapp E. Lexikon zur byzantinischen Gräzität. Wien, 1994. Trofimova A. А. J. J. Winckelmann und die Sammlung antiker Skulpturen der Ermitage, in: M. Kunze, K. Lappo-Danilevskij (Hg.) Antike und Klassizismus – Winckelmanns Erbe in Russland. Akten des internationalen Kongresses St. Petersburg 30. September – 1. Oktober 2015. Mainz – Petersburg, 2017, 67–97. Uffenbach C. von. Merkwürdige Reisen durch Niedersachsen, Holland und Engelland. Bd. III. Ulm, 1753. Verani G. F. Pantheon argutae elocutionis omnia politioris litteraturae genera complectens, in decem libros distributum. Messanae, 1670. Vierneisel-Schlörb B. Klassische Skulpturen des 5. und 4. Jahrhunderts v. Chr. München, 1979. Vinnius A. De pactis tractatus. Edente S. Vinnio, philologo. Lugduni Batavorum, 1646. Voltaire F.-M. Correspondance 1772–1774, dans: Œuvres complètes de Voltaire. Éd. Garnier. T. 48. Paris, 1882. Voltaire F.-M. Histoire de Charles XII (1731), dans: Œuvres complètes de Voltaire. Éd. Garnier. T. 16. Paris, 1878. Voltaire F.-M. Histoire de l’empire de Russie sous Pierre le Grand, Tome 2 (1763), dans: Œuvres complètes de Voltaire. Éd. Garnier T. 16., Paris, 1878. Vossius G. J. Poeticarum institutionum libri tres: Institutes of Poetics in Three Books. Ed., transl. and comm. by J. Bloemendal with E. Rabbie. Vol. I–II. Leiden, 2010. Waldhauer O. Die Antiken Skulpturen der Ermitage. T. II. Berlin – Leipzig, 1931. Waldhauer O. Die Antiken Skulpturen der Ermitage. T. III. Berlin – Leipzig, 1936. Wallé P. Schlüters Wirken in Petersburg: Ergebnisse einer Studienreise. Berlin, 1901. Weber F. Chr. Memoires pour servir à l’histoire de l’empire Russien, sous le regne de Pierre le Grand. Haye, 1725. 500 [Weber F. Chr.] Das veränderte Russland, in welchem die jetzige Verfassung des Geist- und weltlichen Regiments <...> in einem bis 1720 gehenden Journal vorgestellt werden. Frankfurt, 1721. Th. 2: Hannover, 1739. Welke M. Höfische Repräsentation und politische Propaganda.Voraussetzungen eines positiven Fürstenbildes? Hof und Herrschaft der ersten Romanovs in der zeitgenössischen Presse. Daphnis 1982, 11, 377–397. Wes M. A. Classics in Russia 1700–1855: Between Two Bronze Horsemen. Leiden, 1992. Williams Craig A. When A Dolphin Loves A Boy: Some Greco-Roman and Native American Love Stories. Classical Antiquity 2013, 32/1, 200–242. Williams D., Ogden J. Greek Gold. Jewelry of the Classical World. New York,1994. Wulff O. Die neurussische Kunst im Rahmen der Kulturentwicklung Rußlands von Peter dem Großen bis zur Revolution. Augsburg, 1932. Yalamas D. A. The Significance of Standard Greek for the History of the Russian Literary Language and Culture in the 16th – 18th Centuries. The Linguistic Views of the Leikhoudes Brothers. Modern Greek Studies Yearbook 1993, 9, 1–49.